Дипломная работа : Анализ действующего законодательства РФ, регулирующего уголовную ответственность за разглашение тайны усыновления 


Полнотекстовый поиск по базе:

Анализ действующего законодательства РФ, регулирующего уголовную ответственность за разглашение тайны усыновления



Дипломная работа >> Государство и право


Введение

В соответствии с международным, российским правом и законодательством, обеспечение интересов детей – основная задача государства. Дети рассматриваются как самостоятельные личности, имеющие с момента рождения определенные права. Одно из самых важных является – право жить и воспитываться в семье – закреплено в Семейном кодексе Российской Федерации, вступившем в силу с 1 марта 1996 года.

Сегодняшняя ситуация в стране характеризуется новыми ценностными ориентирами, провозглашением принципов гражданского общества, правового государства, человека как высшей социальной ценности. Институт тайны – один из важнейших институтов, определяющих соотношение интересов личности, общества и государства, частного и публичного начала права, основания и пределы вмешательства государства в негосударственную сферу, степень информационной защищенности в Российской Федерации. Институт тайны охватывает широкий круг достаточно разнородных общественных отношений, возникающих в различных сферах деятельности личности, общества и государства. Содержание любой тайны вне зависимости от специфики ее разновидностей заключается в том, что предмет тайны образуют сведения, не предназначенные для широкого круга лиц, их разглашение влечет ответственность в соответствии с законодательством РФ, в том числе и уголовную.

В юридической литературе проблема уголовной ответственности за разглашение тайны, конфиденциальной информации, секретной информации как самостоятельного правового института практически не изучены. Проблемы уголовного законодательства, связанные с различными видами тайн (адвокатская, врачебная, личная, семейная) представлены в работах: Красницкой Г.С. «Усыновление детей: вопросы и ответы», Летова Н.В. «Судебный порядок усыновления: за и против», Кустова В.В. «актуальные проблемы усыновления в российском праве». Большое число публикаций посвящено адвокатской тайне. Однако, единственное монографическое исследование по этой теме А.Л. Цыпкина «Адвокатская тайна» опубликовано в 1947 г. Существенный вклад в разработку проблем защиты тайн личной жизни от незаконного и необоснованного вмешательства правоохранительных органов внес И.Л. Петрухин. Широко известны его работы: «Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение», «Личная жизнь: пределы вмешательства», «Правосудие: время перемен».

Объектом исследования выступает совокупность общественных отношений связанных с установлением и реализацией уголовной ответственности за разглашение тайны усыновления (удочерения).

Предметом исследования является содержание уголовного законодательства Российской Федерации, стран СНГ и Балтии, регулирующего правоотношения, в связи с получением, использованием и защитой в уголовном праве сведений, составляющих охраняемую законом тайну.

Цели и задачи выпускной квалификационной работы заключаются в следующем:

1. Определить правовое понятие тайны и сформулировать основания и пределы уголовной ответственности за разглашение тайны усыновления (удочерения).

2. Изучить и использовать в своей работе научный материал для определения в уголовном законодательстве круга проблем составляющих охраняемую законом тайну усыновления.

3. Изучить объективные и субъективные признаки состава преступления, предусмотренного ст. 155 УК РФ «Уголовная ответственность за разглашение тайны усыновления (удочерения).

4. Проанализировать действующее законодательство, регулирующее уголовную ответственность за разглашение тайны усыновления.

5. Оценить современное состояние и тенденции развития уголовного законодательства, регулирующего вопросы, составляющие охраняемую законом тайну, с учетом накопленного российского и международного опыта.

Нормативной основой исследования явились Конституция Российской Федерации 1993 года с поправками, внесенными 30 декабря 2008 года, Уголовный кодекс РФ 1996 года с последующими изменениями и дополнениями, Уголовно – процессуальный кодекс РФ 2001 года, с последующими изменениями и дополнениями, Семейный кодекс РФ 1995 года с изменениями от 01.09.2008 года, законы РФ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», «Об актах гражданского состояния», «О государственной тайне», «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», действующее уголовное законодательство стран СНГ и Балтии.

Теоретическая база исследования. При написании настоящей работы широко использовались научные труды отечественных и зарубежных авторов в области семейного права, уголовного права указанные в библиографическом списке и квалификационной работе, среди которых можно выделить: Алексенцев А.И., Бондарь И.В., Вишневская Е.В., Кустова В.В., Летова Н.В., Радченко В.И., Рарог А.И., Рожнов А.А., Шерстнева Н.С.

В главах выпускной квалификационной работы освещаются основные понятия, условия, порядок усыновления детей по российскому семейному законодательству и законодательству стран ближнего зарубежья, рассматривается судебная практика, приводятся разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ, анализируется нормативный материал по вопросам установления усыновления и уголовной ответственности за незаконное разглашение тайны усыновления. Особый интерес это представляет для более глубокого понимания сути проблем, с которыми сталкиваются лица, желающие усыновить ребенка, нахождения наиболее верных путей и способов устранения этих препятствий.

В заключении содержатся основные выводы и положения по рассматриваемым проблемным вопросам, даются рекомендации по совершенствованию практики уголовного законодательства, в части касающейся уголовной ответственности за разглашение тайны усыновления (удочерения).

законодательство правоотношение тайна уголовный

1. Понятие тайны в уголовном праве

1.1 «Тайна» как правовое понятие

Правовой институт тайны охватывает широкий круг разнородных общественных отношений, возникающих в различных сферах деятельности личности, общества и государства. Анализ понятия тайны при самом широком подходе позволяет определить данный термин, как нечто скрытое от понимания и восприятия людей. В.И. Даль толковал понятие тайна как «кто чего не знает, то для него тайна; все сокрытое, неизвестное, неведомое», в словаре С.И. Ожегова тайна – это «нечто неразгаданное, еще не познанное, либо нечто скрываемое от других, известное не всем, секрет». Таким образом, в понятии «тайна» можно выделить два значения. Первое заключается в том, что тайна – это область объективной реальности, которая недоступна пониманию человека и его восприятию вследствие объективно существующего уровня научно-технического знания. Другое значение понятия тайны связано с теми сведениями, которые уже известны отдельному человеку или группе лиц, но по различным причинам скрываются ими от других людей, групп лиц или государства. Именно анализ второго значения слова «тайна» является предметом моего исследования. Можно утверждать, что тайна присутствовала на всех стадиях развития человеческого общества. Точно определить момент зарождения тайн на сегодняшний день вряд ли представляется возможным. Вероятно, что первые тайны, которые зародились в человеческом обществе (если использовать современную терминологию) были тайнами частной жизни граждан (или личными тайнами).

Итак, тайна до правового регулирования отдельных ее элементов является социальным явлением, к признакам которого можно отнести следующие:

Во-первых, тайна – это конфиденциальная информация или секретные сведения о явлениях, процессах, событиях, происходящих в жизни людей,

деятельности групп или государства. Во-вторых, разглашение данных сведений может принести ущерб, вследствие чего информация защищается от доступа к ней третьих лиц. В-третьих, негативная оценка обществом действий по разглашению тайны, и как верно отмечает И.В. Смолькова, «моральная ответственность имеет место практически во всех случаях разглашения тайны, поскольку связано с нарушением этических норм, в силу которых разглашение чужих тайн является безнравственным поступком».

В последнее время принято значительное число законодательных актов, направленных на защиту различных видов тайн. Судя по данным справочной правовой системы «Консультант плюс», ежегодно вступают в силу более 40 федеральных законов, в которых так или иначе упоминаются различные виды тайн. К сожалению, все они ограничены той областью правоотношений, из которой вытекает необходимость охраны той или иной тайны. Создание правовой унифицированной базы защиты различных видов тайн находится на этапе становления. Несмотря на то, что количество федеральных законодательных актов, регулирующих те или иные аспекты различных видов тайн, превышает 600, нельзя сказать, что правовое обеспечение защиты тайны удовлетворяет потребностям современного общества.

В настоящее время в российском законодательстве отсутствует точное и четкое определение понятий «тайна», «секрет», «информация ограниченного доступа». Это приводит, прежде всего, к путанице в самом законодательстве, к размытости правотворческих ориентиров в информационной сфере, к разной трактовке пределов охраняемой законом тайны. Одно из негативных последствий такого состояния проблемы – крупные дефекты правореализационного процесса.

Анализ практики применения современного российского законодательства в сфере защиты информации ограниченного доступа показывает, что правовая неурегулированность отправных моментов отношений по охране тайны приводит к отсутствию или смешению правовых представлений граждан, должностных лиц и общественных объединений о тайне. Слабая регламентация охраны тайн частной жизни является одной из причин политических войн с использованием компромата. «Частная жизнь граждан, – верно отмечается в литературе, – изъята из информационного оборота, находится под защитой закона и составляет собой закрытое пространство – тайну».

В специальной литературе высказывается мнение о том, что «круг сведений, имеющих ограниченный доступ и именуемых конфиденциальными, настолько широк, что дать им единое и поддающееся буквальному толкованию определение не представляется возможным». Даже в самых недавних трудах, посвященных различным аспектам правовых тайн, отмечается, что «проблема тайны как цельного правового явления практически не изучена». До сегодняшнего дня предпринято лишь несколько попыток дать методологически значимое определение интересующего нас правового явления. Так, А.А. Рожнов, уделивший внимание разработке соответствующей дефиниции применительно к профессиональной тайне, полагает, что «в юридическом понимании тайна представляет собой имеющую действительную или потенциальную ценность в силу неизвестности посторонним лицам информации, к которой нет свободного доступа на законном основании, и собственник которой принимает меры к обеспечению ее конфиденциальности». Эта формулировка заставляет задуматься о том, всегда ли информация является собственностью, и можно ли субъекта тайны в любом случае считать собственником информации. Если речь идет, например, о поверенных тайнах, то один из субъектов, а именно поверенный, – не собственник конфиденциальной информации. Имеющееся у него право распоряжения ею, как правило, строго ограничено целями его деятельности, а также интересами и открыто заявленной волей доверителя, который, в свою очередь, может быть, а может и не быть собственником конфиденциальной информации.

С точки зрения этимологии, слово «конфиденциальный» происходит от латинского confidentia – доверие и в современном русском языке означает «доверительный, не подлежащий огласке, секретный». Слово «секрет», которое также необходимо рассмотреть, заимствовано из французского secret – «тайна». Интересно, что в знаменитом словаре В. Даля также названы аналогичные значения: «конфиденциальная информация» – «откровенная, по особой доверенности, неоглашаемая, задушевная». Таким образом, можно сделать вывод о равнозначности понятий конфиденциальная информация, тайна и секрет. Однако, как отмечает Ефремов А. А понятие тайны в правовой науке не совсем совпадает с понятием конфиденциальной информации, так как тайна означает ещё и правовой режим информации. В соответствии со ст. 2 ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» конфиденциальность информации – обязательное для выполнения лицом, получившим доступ к определенной информации, требование не передавать такую информацию третьим лицам без согласия ее обладателя.

Ранее ФЗ «об информации, информатизации и защите информации» указывалось, что конфиденциальная информация – документированная информация, доступ к которой ограничивается в соответствии с законодательством Российской Федерации. В целом данное определение следует признать правильным, за исключением, может быть, того момента, что не всегда информация с ограниченным доступом является документированной, например сведения, составляющие личную и семейную тайну, не обязательно зафиксированы на материальном носителе.

А.И. Алексенцев отмечает, что понятия «секретный», «конфиденциальный», «тайна» – равнозначны, в результате получается парадокс – секретная информация (государственная тайна) исключена из сферы секретной. Правда, данное разделение информации оговорено фразой «по условиям ее правового режима», который действительно различается у сведений, составляющих государственную тайну, и у других сведений. Но все равно в данном случае эта норма закона противоречит определению конфиденциальной информации. А.И. Алексенцев указывает, что исключение государственной тайны из состава конфиденциальной информации не согласуется и с международными актами. В ст. 9 рассматриваемого федерального закона ограничение доступа к информации устанавливается федеральными законами в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Обязательным является соблюдение конфиденциальности информации, доступ к которой ограничен федеральными законами. В свете вышесказанного представляется неправильной и попытка М.Ю. Емельянинкова обосновать разделение информации с ограниченным доступом на государственную тайну и конфиденциальную так как «есть сведения, защищать которые владелец или пользователь обязан, и те, защищать которые он имеет право, рассчитывая на помощь государства». Таким образом, как правильно указала М. Бродская к конфиденциальной информации должна быть отнесена вся информация с ограниченным доступом, составляющая любой вид тайны.

Если же обратить внимание на то, что информация имеет ценность в силу ее неизвестности посторонним лицам, возникают следующие вопросы. Исчерпывает ли фактор неизвестности информации всю совокупность факторов, определяющих ее ценность? Имеет ли ценность уже разглашенная информация? С одной стороны, разглашенная информация, как правило, теряет свое значение для лица, заинтересованного в ее сокрытии. С другой стороны, для тех, кто стремится использовать такую информацию, она представляет действительную или потенциальную ценность, более того, она может иметь и объективную социальную ценность вне зависимости от того, заинтересован ли кто-либо в ее непосредственном использовании. Видимо, речь нужно вести не просто о том, что информация ценна в силу ее неизвестности, а о том, что в связи с неизвестностью другим субъектам она имеет особое значение для ее обладателя. То есть, рассуждая о ценности закрытой информации, мы не можем упускать из вида субъекта тайны. Вне субъекта тайны не существует.

Тайна предполагает не просто информацию, а ее определенное состояние, правовой режим. Мы скрываем информацию потому, что она неблагоприятным для нас образом может повлиять на мотивацию поступков, на поведение и мнение других субъектов. Защищая те или иные сведения, мы, прежде всего, защищаем самих себя, свои собственные интересы. Вне этих интересов тайны не существует. Вместе с тем факт принятия или непринятия собственником мер по обеспечению конфиденциальности информации, составляющей содержание тайны, не представляется главным, хотя для многих правовых тайн он действительно весьма важен. Так, некоторые виды законодательно охраняемых тайн, например, тайна почтовых и телеграфных сообщений, не предполагают обязательных усилий по их охране со стороны собственника информации. А во многих случаях, связанных с сохранением личной или семейной тайны, она просто не сообщается посторонним лицам, но это не означает, что покушение на такую информацию с их стороны нельзя рассматривать как противоправное действие вне зависимости от того, принимались ли владельцем тайны те или иные меры по ее охране.

Интересный подход к определению понятия тайны предложен С.И. Сусловой, исследовавшей цивилистический аспект данного явления. Она дает сразу два определения. Суть первого понятия сводится к тому, что тайна как информация – это информация с ограниченным доступом, охраняемая ее обладателями вследствие ее ценности и возможности возникновения ущерба от ее несанкционированного разглашения. Второе значение тайна заключается в том, что тайна представляет собой институт законодательства, то есть совокупность норм права, регулирующих отношения по поводу возникновения (создания), использования и защиты сведений, имеющих ценность для ее правообладателей, а также по поводу ответственности лиц, виновных в разглашении конфиденциальной информации». Представляется, что на сегодняшний день эти взаимосвязанные определения являются наиболее точными из существующих в юридической литературе. Термин «информация с ограниченным доступом» отражает юридические свойства предмета тайны. В пользу этого свидетельствуют многообразие существующих тайн, часть из которых не имеет характера абсолютных, наличие правовых возможностей доступа государственных органов к тайнам физических и юридических лиц, то обстоятельство, что конфиденциальная информация иногда может быть достоянием значительного числа субъектов. Фактор правомерного «ограничения доступа» уже сам по себе предполагает наличие особого правового режима такой информации, качественно отличающего ее от информации общедоступной. Это замечание имеет очевидное методологическое значение при исследовании тайны как правового явления, в том числе при изучении отдельных разновидностей тайн. Не случайно в работе Бондарь И.В. констатировалось, что «тайну необходимо рассматривать как единство ее субъективного содержания – информации и объективной формы существования – правового режима». Вместе с тем термин «информация с ограниченным доступом» не представляется идеальным для его использования в целях общего определения понятия «тайна». Существующие в праве разновидности ограничения доступа к информации многообразны и не всегда могут быть представлены в качестве тайн. Данное понятие шире, чем понятие «тайна». Правовую природу тайны целесообразно изучать с учетом общей специфики информации, составляющей тайну, принимая во внимание особенности ее правового состояния, ее правового режима. Если информация сохраняется в тайне, значит, последняя представляет собой не собственно информацию, а состояние запрета доступа к ней.

Итак, тайна как правовое явление представляет собой правомерное запрещение доступа к информации, несанкционированное получение, а также разглашение или иное использование которой может повлечь возникновение ущерба.

Предметом (содержанием) тайны является информация, доступ к которой запрещается или исключается тем или иным субъектом. При этом в предмет тайны может входить не только ее непосредственное содержание, но и сведения о наличии или отсутствии у субъекта такой тайны.

Субъектами права на тайну выступают физические или юридические лица, государство, а также иные субъекты. Они могут не только обладать собственными тайнами, но и получать доступ к тайнам других субъектов, в силу договора или закона приобретать определенные правомочия или обязанности по использованию чужой конфиденциальной информации. В этом отношении следует различать основные и производные субъекты тайны. При наличии только основного субъекта правоотношение по ее поводу может возникнуть лишь в том случае, если конфиденциальная информация станет доступной другим субъектам либо возникнет вероятность нарушения или изменения режима тайны, появления производных субъектов.

Объектом правоотношения по поводу тайны служат интересы, которым может быть нанесен ущерб в результате несанкционированного разглашения или использования конфиденциальной информации. Это могут быть интересы, как основного субъекта тайны, так и производных субъектов например, в случае неправомерного завладения нотариальной тайной наносится ущерб, в том числе, деловой репутации нотариуса, а также интересы третьих лиц и публичные интересы.

Одним из важнейших элементов частной жизни является личная и семейная тайна, защита которой предусматривается целым комплексом нормативных правовых актов. В то же время законодатель нигде не дает определения этим понятиям, не вводит четких критериев для их установления. На практике в случае преступного посягательства на личную или семейную тайну подобная чрезвычайная неопределенность объекта может привести к его произвольному толкованию, неоправданному ограничению или расширению его смысла, что неприемлемо в рамках уголовно-правового регулирования. Такая ситуация усложняет и гражданско-правовую защиту права на личную и семейную тайну. Поэтому важным представляется закрепление этих понятий на законодательном уровне, что целесообразнее всего сделать путем принятия, например, закона «О частной жизни», одним из аспектов которого станут вопросы частной и семейной тайны.

Семейную и личную тайну можно определить как установленную информацию конфиденциального характера, т.е. сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления, при получении доступа к которым лицо обязано не передавать такую информацию третьим лицам без согласия ее обладателя. Из буквального толкования этих понятий следует, что личную тайну можно рассматривать как конфиденциальные сведения, касающиеся одного лица, а семейную – как информацию, затрагивающую интересы членов семьи и иных родственников. Причем такое разделение во многих случаях является условным. Например, тайна усыновления может считаться и семейной, и личной (когда сам усыновленный не желает разглашать эту информацию). Семейную тайну составляют следующие сведения: тайна усыновления, тайна частной жизни супругов, личные неимущественные и имущественные отношения, существующие между супругами и т.д. Причем семью в данном случае следует рассматривать в широком смысле, т.е. «как совокупность индивидов, состоящих, по меньшей мере, в одном из трех видов отношений: кровного родства, порождения, свойства». Необходимо также учитывать факторы совместного проживания, денежной и иной зависимости сторон.

Предметом личной тайны могут быть сведения о фактах биографии лица, состоянии его здоровья, об имущественном положении, о роде занятий и совершенных поступках, о взглядах, оценках, убеждениях, об отношениях человека к другим людям.

Тайна – сложное и многогранно правовое явление. К сожалению, на сегодняшний день в законодательстве РФ не сформулировано точного и полного определения. Необходимость закрепления рассматриваемого явления не вызывает сомнений, т.к. его отсутствие вызывает значительные сложности в толковании объекта и предмета как в гражданском, так и уголовно – правовом регулировании.

1.2 Разновидности тайны в уголовном праве

Уголовный закон, употребляя в статьях особенной части термин «тайна» не раскрывает его содержания. Тайна есть, прежде всего, сведения, информация. В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 27 июля 2006 года «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» под информацией понимается – сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления. Сведения могут быть известны или доверены узкому кругу лиц. При этом основанием известности сведений тому или иному лицу может быть профессиональная или служебная деятельность последних, семейно – брачные отношения и пр. Общим для всех видов конфиденциальных сведений является тот факт, что свободный доступ к ним ограничен в силу предписаний федерального законодательства. Несанкционированное нарушение неприкосновенности охраняемой законом тайны влечет юридическую, в том числе и уголовную ответственность. На лицах, которым доверена такая информация, лежит правовая обязанность не нарушать ее конфиденциальность. Исходя из сказанного, тайну в уголовном праве можно определить как сведения (информацию), доступ к которым ограничен в соответствии с положением федерального законодательства и за несанкционированное нарушение конфиденциальности которых установлена уголовная ответственность.

В уголовно – правовой литературе обычно утверждается, что сведения (информация), составляющие ту или иную тайну, являются предметами соответствующих преступлений. При этом традиционно считается, что предмет преступления – это, в первую очередь, вещь материального мира, имеющая определенные физические характеристики. Очевидно, что такими характеристиками может обладать какой-либо носитель информации. Но в Федеральном законе «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» под информацией понимаются и нематериализованные сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах, отраженные в образах, в том числе и вербальных. Действительно, вполне возможно нарушение охраняемой уголовным законом тайны, которая не отражена в материальном носителе. Более того, в ряде составов Уголовного Кодекса Российской Федерации подразумевается уголовное преследование как раз за нарушение тайны определенной информации, не отраженной в материальном носителе.

Однако более всего важен факт, как действующее законодательство определяет юридическое существо тайны. Так, в преамбуле Закона РФ «О государственной тайне» от 21 июля 1993 года (в ред. федерального закона от 18.07.2009 г.) указывается, что настоящий Закон регулирует отношения, возникающие в связи с отнесением сведений к государственной тайне, их засекречиванием или рассекречиванием и защитой в интересах обеспечения безопасности Российской Федерации.

Следовательно, юридически значимая тайна лежит в основе возникающих определенных отношений. Представляется, что взятые под специальную охрану тайные сведения являются первопричиной возникающих на их основании отношений между субъектами, в нашем случае – уголовного правоотношения, возникающего по поводу несанкционированного нарушения неприкосновенности той или иной тайны. Именно поэтому сведения (информация), составляющие ту или иную тайну, должны расцениваться в уголовном праве как объект, т.е. как интерес (благо) уголовно – правовой охраны, реализующийся и существующей в форме общественного отношения, по его защите.

Именно характер общественных отношений, возникающих по поводу интересов охраны той или иной тайны, должен лежать в основе видовой классификации тайны в уголовном праве. Анализ непосредственных объектов составов преступлений, предусмотренных статьями УК РФ, позволяет выделить виды уголовно – правовой охраны. Так И.Л. Петрухин проводит классификацию тайн по ряду оснований.

В начальные периоды развития человеческого общества, в периоды формирования государственных образований именно тайны публичные явились наиболее защищаемой и охраняемой информацией, одновременно выступив предпосылкой становления правого института тайны, как комплекса законодательных норм, урегулировавших данное явление.

Военные тайны включали в себя информацию о тактике ведения военных действий, численном составе войск, намерений по захвату чужих территорий, имущества, а также сведений о способах защиты. Как отмечает в работах Фатьянов А.А. «учитывая тот фактор, что особенности ведения боя, выраженные в способах построения войск, видах вооружения скрыть было невозможно из-за длительной подготовки воинских отрядов, такие сведения не пытались сохранить в тайне и даже наоборот – в ряде случаев они подчеркивались с целью устрашения противника».

Еще одна категория тайн, появившаяся в период существования родоплеменных отношений, это религиозные тайны. Длительность действия данных видов тайн определялась очень ограниченным доступом к подобному виду информации. Только избранные (жрецы, шаманы) допускались к этим тайнам и передавали их из поколения в поколение.

Формирование тайны как социального института и предопределило необходимость ее законодательного регулирования. В настоящее время нет четкой и единой классификации видов тайн, хотя действующими нормативными актами установлено свыше 30 ее разновидностей. Определенные попытки такой классификации предприняты учеными. Алексенцев А.И. предлагает следующие основания разделения информации по видам тайны: 1. Собственники информации (по отдельным видам они могут частично совпадать). 2. Области, сферы деятельности, в которых может быть информация, составляющая данный вид тайны. 3. На кого возложена защита данного вида тайны.

А.А. Фатьянов классифицирует подлежащую защите информацию по трем признакам: 1. По принадлежности, 2. По степени конфиденциальности (степени ограничения доступа), 3. По содержанию. По принадлежности владельцами защищаемой информации могут быть органы государственной власти и образуемые ими структуры (государственная тайна, служебная тайна, в определенных случаях коммерческая и банковская тайны); юридические лица (коммерческая, банковская служебная, адвокатская, врачебная, аудиторская тайны и т.п.); граждане (физические лица) – в отношении личной и семейной тайны, нотариальной, адвокатской, врачебной.

По содержанию защищаемая информация может быть разделена на политическую, экономическую, военную, научную, технологическую, личную, коммерческую.

Одним из основных видов тайны является личная тайна, связанная с обеспечением конституционных и иных прав личности. Право человека на тайну личной жизни как абсолютное правовое благо определено в Конституции РФ (ст. ст. 23, 24) и Международном стандарте ООН в области защиты прав и свобод человека (ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года) и отражено в составах УК РФ, сформулированных в ст. 137 «Нарушение неприкосновенности частной жизни» и ст. 138 «Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений». Таким образом, можно говорить о двух разновидностях личной тайны как объекта уголовно – правовой охраны: частной жизни и личной переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

Тайна усыновления связана с интересами охраны семейной жизни и, в уголовно – правовом смысле, выражается в установлении уголовной ответственности за разглашение тайны усыновления (удочерения). Согласно ст. 155 УК РФ тайна усыновления может быть двух разновидностей. Во-первых, ею обладают лица, которые обязаны хранить факт усыновления как служебную или профессиональную тайну (судьи, работники местных администраций, органов опеки и попечительства и прочие лица, указанные в части 1 статьи 139 СК РФ), во-вторых, все другие лица, если установлены их корыстные или иные низменные побуждения при разглашении этой тайны без согласия обоих усыновителей.

Коммерческая (в том числе банковская) тайна связана с интересами обеспечения законной предпринимательской деятельности (ч. 1 ст. 2 ГК РФ). В целом коммерческая тайна определена в соответствии со ст. 1 Федерального закона «О коммерческой тайне» от 29 июля 2007 года (в ред. Федерального закона от 24.07.2007 года) как научно – техническая, коммерческая, организационная или иная используемая в предпринимательской деятельности информация, которая имеет действительную или потенциальную ценность в силу неизвестности ее третьим лицам и к которой нет свободного доступа на законном основании. Содержание банковской тайны определено в ст. 857 ГК РФ. В то же время нормативные акты регламентируют перечень сведений, которые не могут составлять коммерческую (банковскую) тайну (информация об учредительных документах, регистрационном удостоверении, лицензии, патенте, о платежеспособности, об уплате налогов и обязательных платежей).

Уголовная ответственность за нарушение коммерческой и банковской тайны, предусмотренная ст. 183 УК РФ наступает при: собирании сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, в целях разглашения либо незаконного использования этих сведений; незаконном разглашении или использовании сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, без согласия их владельцев.

Следующим видом тайны является государственная тайна. Этот вид тайны неоднократно указывается в статьях УК и имеет непосредственное уголовно – правовое значение, связанное с обеспечение внешней безопасности государства и государственной безопасности в целом. В соответствии со ст. 2 Закона «О государственной тайне» государственную тайну Российской Федерации составляют защищаемые государством сведения в области его военной, внешнеполитической, экономической, разведывательной, контрразведывательной и оперативно – розыскной деятельности, распространение которых может нанести ущерб Российской Федерации. В ст. ст. 275 и 276 УК прямо указывается, что на основе сохранения неприкосновенности государственной тайны обеспечивается не просто «государственная безопасность» в широком понимании, а внешняя безопасность государства. В ст. 283 УК РФ речь идет уже не только о внешней, а о безопасности России в формально неопределенном смысле слова.

Таким образом, государственная тайна в уголовно – правовом отношении находится в основе комплекса двух интересов уголовно-правовой охраны: внешней безопасности государства и безопасности государства как таковой.

Должностная служебная тайна связана с интересами государственной службы и службы в органах местного самоуправления и носит опосредованный характер, так как прямое указание в статьях гл. 30 УК РФ на пределы охраны должностной тайны отсутствует. Тем не менее, федеральное законодательство связывает доступ к профессиональным сведениям закрытого характера именно с должностным статусом лица, которому эти сведения стали известны по службе. Поэтому при нарушении неприкосновенности этой секретной информации страдают интересы службы. Так, в частности, федеральное законодательство прямо указывает на противоправность нарушения конфиденциальности таких сведений, совершенного: судьями – в отношении тайны совещания при постановлении приговора по уголовному делу, должностными лицами Банка России – в отношении сведений, составляющих банковскую тайну, должностными лицами налоговой инспекции – в отношении сведений о вкладах граждан и организаций. Представляется, что при умышленном характере разглашения должностной служебной тайны содеянное должно квалифицироваться по ст. 286 УК РФ как совершение виновным деяния, явно выходящего за рамки его должностной компетенции.

Свидетельская тайна как объект уголовно – правовой охран воплощается в институте свидетельского иммунитета от уголовной ответственности за совершение ряда преступлений против правосудия и основывается на семейно – брачных отношениях либо профессиональных должностных обязанностях. Свидетельский иммунитет как особый порядок наступления уголовной ответственности для определенного круга лиц при совершении ими некоторых преступлений против правосудия основан на обладании правом на свидетельскую тайну и получил закрепление в примечаниях к ст. ст. 308, 316 УК РФ. Свидетельская тайна здесь является специальной разновидностью тайны семейной, но в силу того, что с ней связаны интересы правосудия как основного непосредственного объекта, она приобретает самостоятельное уголовно – правовое значение.

В круг лиц, обладающих свидетельской тайной на основе семейно – брачных отношений, помимо супруга включены близкие родственники, т.е. родители, усыновители, дети, усыновленные, родные братья и сестра, дед, бабка, внуки. Однако представляется целесообразным определить круг близких родственников, пользующихся свидетельским иммунитетом на основе данного вида тайны именно в УК, при этом в круг лиц, пользующихся свидетельским иммунитетом на основании семейных и родственных связей, должны включаться в соответствии со ст. 67 СК РФ родители, дед, бабка супруга.

Вторая разновидность свидетельской тайны связана с интересами охраны сведений, составляющих служебную и должностную тайну в силу исполнения лицом профессиональных обязанностей. Защитнику принадлежит право отказа от дачи показаний об обстоятельствах, ставших известными в процессе оказания юридической помощи, священнослужитель обладает правом отказа от дачи показаний по обстоятельствам, ставшим известными ему из исповеди. Также в федеральном законодательстве существуют прямые указания на возможность отказа от дачи свидетельских показаний лицами, обладающими: государственной, нотариальной, врачебной и иными видами тайны. При этом мы вновь имеем дело со специфическим уголовно – правовым значением должностной либо служебной тайны, ибо она становится объектом уголовно – правовой охраны в связи с обеспечением отправления правосудия и осуществления предварительного расследования. Следовательно, последняя приобретает характер свидетельской тайны, основанной на исполнении профессиональных или должностных (служебных) обязанностей лица.

Тайна безопасности участников правосудия. Социальная обусловленность уголовно – правовой охраны данной информации не вызывает сомнений. Содержание тайны безопасности участников правосудия составляет информация о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников правосудия, названных в ст. 311 УК. Система мер государственной защиты жизни, здоровья и имущества указанных лиц определена в Федеральном законе «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» от 20.04.1995 №45 – ФЗ (в ред. от 17.07.2009). Тайна безопасности субъектов порядка управления является основанием обеспечения безопасности субъектов порядка управления – должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов. Содержание сведений, составляющих данную тайну, полностью совпадает с содержанием закрытой информации, составляющей тайну безопасности участников правосудия.

Также хотелось бы обратить внимание на существующую проблему конфиденциальности сведений (информации). Проблема конфиденциальности относится к кругу вопросов, которые, балансируя на грани права и этики, не могут быть адекватно урегулированы в законодательстве в силу того, что суть предмета не сводится к основным правовым институтам, и поэтому выработать отношение к ней законодателю удалось не сразу. На сегодняшний день существует единственная общая норма Конституции о защите права на личную тайну и ряда сопутствующих прав. Гражданский кодекс Российской Федерации более детально урегулировал возможности такой защиты. С точки зрения правовой теории при рассмотрении дел и споров, вытекающих из непосредственного применения такой защиты, право решать эти вопросы остается за судьями, которые лишены возможности руководствоваться практикой, так как обобщения материалов по конфиденциальности информации не выпускалось. Информация становится конфиденциальной по природе своего происхождения, а не в силу содержания. В современных правовых системах охраняются многочисленные тайны индивида, охватывающие самые разноплановые аспекты его бытия. Под правом на тайну понимается неотчуждаемое абсолютное право индивида на сокрытие от третьих лиц сведений, имеющих отношение к самопроявлению лица в социуме, если эти сведения отнесены к тайнам законом или если носитель права предпринимает определенные меры к тому, чтобы некоторая информация не была разглашена. Конфиденциальность информации особую значимость приобретает в личной тайне и тайне семейной. Семейная тайна представляет собой семейные отношения, такие как состояние в открытом, реальном или гражданском браке, тайна усыновления, а именно: тайна факта усыновления, тайна подлинных имен, место рождения ребенка, если таковые были изменены в соответствии с нормами Семейного Кодекса Российской Федерации, а также сведения о его кровных родителях. Конституция РФ объединяет защиту личной и семейной тайны. Субъектами личной и семейной тайны гражданина являются все третьи лица и организации, в силу должности и обстоятельств посвященные в эту тайну. Законодатель устанавливает уголовную ответственность за нарушение семейной тайны, которая отражена в статье 155 УК РФ.

Смолькова И.В. предлагает деление тайн по объекту защиты на три основные группы.

1. Абсолютная тайна – ее защита направлена против любого вмешательства, отличительным ее признаком является то, что она не может быть разглашена ни при каких обстоятельствах (в т.ч. и в суде) без разрешения лица – первоисточника (часть адвокатской, депутатской тайн, тайна исповеди, тайна голосования).

2. Относительно-абсолютная тайна – для ее оглашения (даже в суде) необходимо преодолеть определенные рубежи защиты (подписка о неразглашении, назначение закрытого судебного заседания). К этой категории относится, например, тайна вкладов.

3. Относительная тайна – целью ее защиты может быть охрана от конкурентов, посторонних людей, от широкого распространения и т.д., но давать показания относительно сведений ее составляющих, является обязанностью допрашиваемых лиц (сведения о заработной плате, охватываемые личной тайной, врачебная тайна).

Следующим видом тайны в уголовном праве является врачебная тайна – это сведения о факте обращения пациента за медицинской помощью, состоянии здоровья гражданина, диагнозе его заболевания и иные сведения, полученные при обследовании и лечении пациента, включая информацию о семейной, интимной жизни пациента, а также его родственников. Правовая регламентация врачебной тайны в России содержится в ряде нормативных документов. Прежде всего, в ст. 23 Конституции РФ, в которой записано, что каждый имеет право на неприкосновенность личной жизни, личную и семейную тайну. Нарушение этого права допускается лишь на основании судебного решения. В ст. 24 Основного закона РФ отмечается, что сбор, хранение и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускается. В развитие этих статей Конституции был издан Указ Президента РФ от 6 марта 1997 №188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера». Важно заметить, что сведения, связанные с профессиональной деятельностью, начинаются с указания на врачебную тайну, правовой режим которой представляется аналогичным режиму налоговой тайны. И та, и другая информация относится к категории служебной.

Наконец, в Федеральном законе «Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан» в ст. 30 «Права пациента» указано, что при обращении за медицинской помощью и ее получении пациент имеет право на сохранение в тайне информации о факте обращения за медицинской помощью, о состоянии здоровья, диагнозе и иных сведений, полученных при его обследовании и лечении в соответствии со ст. 61 «Врачебная тайна», в которой подробно рассматриваются вопросы, связанные с сохранением врачебной тайны, приводятся условия допустимости ее разглашения. Не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении профессиональных, служебных и иных обязанностей.

В ст. 150 Гражданского кодекса РФ указано, что личная тайна относится к нематериальным (неимущественным) благам человека, неотчуждаемым (неразрывно связаны с личностью их носителя, что означает невозможность их отчуждения) и непередаваемым иным способом. Гражданин, право которого на сохранение врачебной тайны нарушено и вследствие этого причинен моральный вред, имеет право потребовать компенсацию морального вреда в соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ. Необходимо помнить, что под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания гражданина вследствие нарушения нематериальных благ или личных неимущественных прав. Моральный вред подлежит возмещению в полном объеме, но при определении размеров компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости. В ст. 13.14. Кодекса Российской Федерации об административных нарушениях предусмотрена ответственность за разглашение информации, доступ к которой ограничен федеральным законом (за исключением случаев, если разглашение такой информации влечет уголовную ответственность), лицом, получившим доступ к такой информации в связи с исполнением служебных или профессиональных обязанностей (врачебная тайна). Субъектами ответственности за разглашение информации ограниченного доступа являются граждане и должностные лица. Субъективная сторона правонарушения предполагает умышленное разглашение конфиденциальной информации.

Семейный кодекс РФ в п. 2 ст. 15 устанавливает, что результаты обследования лица, вступающего в брак, составляют медицинскую тайну и могут быть сообщены лицу, с которым оно намерено заключить брак, только с согласия лица, прошедшего обследование. Эти результаты включают в себя сведения о состоянии здоровья гражданина, диагнозе его заболевания и любые иные сведения, полученные при обследовании. Необходимость получения согласия лица, прошедшего медицинское обследование (или его законного представителя), на передачу другим лицам сведений о его результатах является общим правилом, которое применяется во всех жизненных ситуациях, включая и связанную с заключением брака. Гражданину перед проведением медицинского обследования предварительно должна быть подтверждена гарантия конфиденциальности передаваемых им сведений.

Основанием уголовной ответственности является виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное Уголовным кодексом РФ под угрозой наказания. В главе 19 УК РФ – «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина» – имеется статья 137 – «Нарушение неприкосновенности частной жизни», в соответствии с которой квалифицируется ответственность за нарушение врачебной тайны. Незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении или в средствах массовой информации, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности и причинили вред правам и законным интересам граждан. Стоит отметить, что вышеизложенные классификации не являются исчерпывающими и их разработка еще предстоит науке и законодательству. Отсутствие четкой классификации конфиденциальной информации, неоформленность их правовых режимов в законодательстве приводит к значительному числу противоречий и пробелов, но несмотря на это важно также заметить, что законодательством четко выражена и установлена ответственность за несанкционированное разглашение сведений, относящихся к тайне и конфиденциальной информации.

2. Юридический анализ состава преступления, предусмотренного статьей 155 УК РФ

2.1 Объект и объективная сторона состава ст. 155 УК РФ разглашение тайны усыновления (удочерения)

«Усыновление (удочерение) – это юридический факт, в результате которого усыновленные дети и усыновители приобретают такие же права и обязанности, какие имеют в отношении друг друга родители и дети». Это означает, что с точки зрения закона отношения при усыновлении между родителями и детьми становятся равнозначными, если бы они вытекали из факта биологического родства. Согласно Конституции РФ и действующему законодательству, семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Предпринимаемые в рассматриваемой области меры социального и правового характера весьма разнообразны, однако, суть их одна – создание предпосылок для здоровой, прочной семейной общности.

Усыновление является приоритетной формой устройства детей. Ребенок приобретает семью и получает полноценное воспитание, считая приемных родителей папой и мамой. Естественно внезапное раскрытие тайны усыновления может неадекватно отразиться на обеих сторонах – и на приемных родителях и на усыновленном. Поэтому часть 1 статьи 139 СК РФ провозглашает: «Тайна усыновления ребенка охраняется законом». В соответствии с семейным законодательством, а именно статьей 124 СК РФ, усыновление или удочерение является приоритетной формой устройства детей, оставшихся без попечения родителей. Законодательство рассматривает усыновление и удочерение как равнозначные факты, применяемые в зависимости от пола ребенка. Семейный кодекс РФ оговаривает, что используется один термин – усыновление, применяемый к обоим типам правоотношений.

Основной целью усыновления является создание детям, лишившимся попечения родителей, наиболее благоприятных условий для жизни и воспитания в семье. Не случайно в СК РФ среди форм устройства детей, оставшихся без попечения родителей, приоритет отдается усыновлению. Усыновление происходит также в интересах усыновителей, хотя прямо об этом в законе не говорится, так как оно предоставляет возможность лицам, не имеющим детей, удовлетворить чувство родительской любви, потребность в отцовстве и материнстве. Однако на первое место при усыновлении должны быть поставлены интересы ребенка. Поскольку при усыновлении ребенок в правовом отношении полностью приравнивается к родным детям усыновителя, приобретает в лице усыновителей родителей и родную семью, следует исходить из общей посылки, что усыновление соответствует интересам детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Под интересами детей при усыновлении следует понимать создание для них благоприятных условий как материального, так и морального характера для воспитания и всестороннего развития в физическом, психическом, духовном и ином отношении, максимально приближенных, если это необходимо и возможно, к обстановке, привычной для ребенка в утраченной им семье. Поэтому при усыновлении ребенка должны учитываться его этническое происхождение, принадлежность к определенной религии и культуре, родной язык, возможность обеспечения преемственности в воспитании и образовании, а также возможность обеспечить усыновленным детям полноценное физическое, психическое, духовное и нравственное развитие.

К интересам ребенка, которые обязательно должны быть соблюдены при усыновлении, могут быть отнесены самые разнообразные обстоятельства, влияющие на соблюдение его законных прав и интересов. В частности, при подаче заявления об усыновлении ребенка одинокой женщиной (одиноким мужчиной) целесообразно установить, соответствует ли интересам ребенка передача его в неполную семью, сможет ли заявительница (заявитель) на усыновление ребенка по своему возрасту, состоянию здоровья, материальному положению осуществлять должное содержание и воспитание ребенка до достижения им совершеннолетия. Именно в интересах детей п. 3 ст. 124 СК закреплено правило, согласно которому усыновление братьев и сестер разными лицами не допускается, за исключением отдельных случаев, когда такое усыновление в силу тех или иных причин отвечает интересам детей. Если братья (сестры) воспитывались в одном учреждении или проживали совместно до их устройства в воспитательные учреждения, а также осведомленных о своем родстве, то разобщение может допускаться только, когда усыновители не настаивают на сохранении тайны усыновления и обязуются не препятствовать общению усыновленных детей с братьями и сестрами. Возможно разъединение среди братьев и сестер, если кто-либо из них подлежит содержанию в специальном лечебно-воспитательном учреждении, а также в порядке исключения, когда передаются на усыновление, но в разные семьи, где они приобретают родителей и семью. Нередко дети, нередко имеющие одну мать (или отца), совместно не воспитывались в семье, находятся в разных детских учреждениях, значатся под разными фамилиями и об их родственных связях знает лишь их мать (отец), длительное время не проявляющие о них заботу. С учетом изложенных обстоятельств допускается, в порядке исключения, передача детей на усыновление в разные семьи.

Не вызывает сомнения, что легче процесс взаимной адаптации усыновленного и усыновителя происходит при усыновлении малолетнего ребенка. Иное дело, когда речь идет об усыновлении подростков (юношей, девушек) 14–17 лет. Тщательное выяснение обстоятельств дела при решении вопроса о допустимости усыновления подростка – залог предотвращения усыновления его недобросовестными лицами в целях возложения на него спустя непродолжительное время обязанностей по собственному содержанию или получения тех или иных льгот, предусмотренных законом. Необходимо установить, с какой целью производятся усыновления подростка: заменить ему родную семью или получить, например, право пользоваться жилым помещением усыновленного, право получить пенсию, пособие, наследство, право получить пенсию, пособие, наследство, причитающиеся усыновленному.

Усыновление влечет за собой правовые последствия:

– установление правовой связи между усыновителями (усыновителем) и усыновленным ребенком, а также между усыновленным ребенком и родственниками усыновителей.

– прекращение правовой связи усыновленного ребенка с его родителями и другими родственниками по действительному кровному происхождению.

Таким образом, усыновление одновременно является как правообразующим, так и правопрекращающим юридическим фактом. В Семейном Кодексе подробно регламентируются условия, порядок и правовые последствия усыновления. Это позволяет обеспечить права и интересы, как ребенка, так и лиц, желающих его усыновить.

Посредническая деятельность по усыновлению детей, т.е. любая деятельность физических и юридических лиц, желающих усыновить детей, законом не допускается. Однако к посреднической деятельности не относится:

– деятельность органов опеки и попечительства (т.е. органов местного самоуправления), а также органов исполнительной власти субъектов РФ и федерального органа исполнительной власти, определяемого Правительством РФ по выполнению возложенных на них обязанностей по выявлению и устройству детей, оставшихся без попечения родителей;

– действия в процессе усыновления надлежащим образом уполномоченного представителя лиц (лица), желающего усыновить ребенка, в пределах, допускаемых законодательством;

– деятельность специально уполномоченных иностранными государствами органов или организаций по усыновлению детей.

Но их деятельность может осуществляться на территории РФ только в силу международного договора или на основе принципа взаимности.

Названные органы и организации (как российские, так и иностранные), осуществляющие правомерную деятельность по усыновлению детей, не могут преследовать коммерческие цели, т.е. извлечение дохода.

Одно из важных средств защиты интересов семьи и ребенка – установление уголовной ответственности за наиболее опасные посягательства на ее интересы, развитие и воспитание детей. Учитывая высокую степень общественной опасности нарушения тайны усыновления (удочерения) как деяния, способного нанести сильнейшую моральную травму ребенку и его усыновителям, подорвать устои семьи и привести к иным неблагоприятным, а порой и трагическим последствиям, законодатель установил уголовную ответственность за разглашение тайны усыновления (удочерения) вопреки воле усыновителя, совершенное лицом, обязанным хранить факт усыновления (удочерения) как служебную или профессиональную тайну, либо иным лицом из корыстных или иных низменных побуждений (ст. 155 УК).

Теоретической основой обособления любой совокупности норм в виде самостоятельного раздела или главы Особенной части УК РФ служит учение об объекте преступления, то есть об общественных отношениях, которые нарушаются или ставятся под угрозу нарушения в результате преступного посягательства. Это учение позволяет определенным образом видеть группу общественных отношений, одним из участников которых является несовершеннолетний, иначе говоря, представитель подрастающего поколения, за которым будущее и который требует особой заботы со стороны общества и государства. Главный смысл охраны этих отношений уголовно – правовыми средствами сводится к защите интересов несовершеннолетнего гражданина, условий для нормального физического, интеллектуального и нравственного формирования его личности. Общеизвестно, что такие условия зависят от прочности брака и благополучия семьи, то есть союза лиц, который основан на браке, родстве, усыновлении или принятия детей на воспитание и связан общностью жизни, интересов, взаимной заботой, а также взаимными правами и обязанностями. Поэтому вопрос об охране личности несовершеннолетнего органически связан с вопросом об охране семейных отношений, в том числе и уголовно – правовыми средствами. В силу этого обстоятельства в УК в отдельную главу обособлены нормы, устанавливающие уголовную ответственность за преступления против семьи и несовершеннолетних. Эта глава расположена в разделе VII УК, названном «Преступления против личности».

Родовым объектом преступлений, предусмотренных в гл. 20 УК 1996 гю, являются нормальное развитие семьи и детства (несовершеннолетних). Видовым объектом преступлений, предусмотренных настоящей главой УК, выступают общественные отношения, обеспечивающие как материальные, так и нематериальные условия для нормального физического, интеллектуального и нравственного формирования личности несовершеннолетнего, а также нормальное существование совершеннолетних, но нетрудоспособных детей и нетрудоспособных родителей.

Основным непосредственным объектом нарушения тайны усыновления являются охраняемые законом интересы семьи, а также нормального формирования и развития личности ребенка. В качестве дополнительных объектов выступают, с одной стороны, закрепленное в Конституции РФ право на независимость личности, включающее в себя право на семейную тайну, а с другой – нормальная, отвечающая закону деятельность организаций и учреждений, представители которых непосредственно вовлечены в процесс усыновления либо иным образом осведомлены о данном факте.

Кроме причинения существенного вреда указанным объектам разглашение тайны усыновления может серьезно сказаться на психическом состоянии усыновленного, породить в нем чувство ущербности и неполноценности, что позволяет рассматривать здоровье и достоинство усыновленного в качестве факультативного объекта рассматриваемого преступления.

Предметом рассматриваемого преступления выступает конфиденциальная информация о факте усыновления, а также сведения о принятых в целях обеспечения тайны усыновления специальных мерах, предусмотренных действующим законодательством. В частности, в соответствии с Семейным кодексом РФ по просьбе усыновителя ребенку присваиваются фамилия усыновителя, а также указанное им имя. Отчество ребенка определяется по имени усыновителя, если усыновитель мужчина, а если женщина – по имени лица, указанного ею. Если фамилии супругов – усыновителей различные, по их соглашению ребенку присваивается фамилия одного из них. При усыновлении ребенка лицом, не состоящим в браке, по его просьбе фамилия, имя и отчество матери (отца) усыновленного ребенка записываются в книге записей рождений по указанию усыновителя.

Для обеспечения тайны усыновления по просьбе усыновителя могут быть изменены дата рождения ребенка, но не более чем на три месяца, изменение даты рождения допускается только в отношении ребенка в возрасте до года, а также изменениям может подлежать и место рождения ребенка. По просьбе усыновителей суд может принять решение о записи их в книге записей рождений в качестве родителей усыновленного ими ребенка. Об изменении фамилии, имени, отчества, места и даты рождения, о записи усыновителей в качестве родителей указывается в решении суда об усыновлении. Если усыновляемый достиг 10-летнего возраста, то для совершения таких записей в органах ЗАГСа необходимо его согласие. Если до подачи заявления об усыновлении ребенок проживал в семье усыновителя, и считает его своим родителем, то для сохранения тайны усыновления, в порядке исключения, может быть произведено без получения согласия усыновляемого ребенка. Потерпевшими от преступления, предусмотренного ст. 155 УК, являются лица, усыновившие ребенка, а также сам усыновленный. Семейный кодекс не ограничивает обязанность соблюдения тайны усыновления какими-либо сроками, поэтому достижение усыновленным совершеннолетия не влияет на правовую оценку правонарушения.

Об уголовно наказуемом разглашении тайны усыновления можно говорить лишь тогда, когда усыновление действительно имело место, и усыновитель был признан таковым в установленном законом порядке. Согласно ч. 3 ст. 125 СК РФ права и обязанности усыновителя и усыновленного возникают со дня вступления в законную силу решения суда об установлении усыновления ребенка. Следовательно, нарушение в результате предания огласке соответствующей информации о лицах, изъявивших желание усыновить несовершеннолетнего, но еще не признанных усыновителями, а также о лицах, фактически принявших в семью чужого ребенка, но юридически не оформивших усыновление, не подпадает под действие ст. 155 УК. Нарушение конфиденциальности информации о желании усыновить ребенка, по законодательству Российской Федерации не достигает степени общественной опасности, достаточной для признания подобного деяния преступлением. Однако стоит обратить внимание на то, что после разглашения информации такого рода, могут возникнуть трудности у лиц, желающих усыновить ребенка, а также и у самого ребенка, который заранее будет осведомлен о том, что близкие люди, которые находятся рядом с ним, не являются его родителями, что в последствии может привести к отказу от усыновления.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 155 УК, характеризуется разглашением тайны усыновления вопреки воле усыновителя. Под разглашением тайны усыновления понимается раскрытие путем действия или бездействия усыновленному, его настоящим родителям, родственникам, знакомым конфиденциальной информации об усыновлении вне зависимости от формы сообщения, которая может выражаться как в устной или письменной форме, очно или с использованием средств коммуникации, анонимно или с указанием своей фамилии. То обстоятельство, что ребенку известен факт его усыновления (что, в частности, имеет место в случаях, предусмотренных ст. 132 СК РФ, согласно которой для усыновления ребенка, достигшего 10-летнего возраста, необходимо его согласие), не исключает ответственности лица, разгласившего тайну усыновления.

Для правильной квалификации содеянного важно иметь в виду, что не всякое нарушение тайны усыновления подпадает под действие ст. 155.

Во-первых, уголовно – процессуальное законодательство наделяет лицо, производящее дознание, следователя, прокурора и суд правом по находящимся в их производстве делам требовать от предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц и граждан представления документов, способствующих установлению необходимых по делу фактических данных, а Федеральный закон от 15 ноября 1997 г. «Об актах гражданского состояния» обязывает руководителя органа ЗАГСа сообщать сведения о государственной регистрации акта гражданского состояния, в том числе усыновления, по запросу суда (судьи), органов прокуратуры, дознания или следствия, а также Уполномоченного по правам человека в РФ (ст. 12). Следовательно, оглашение по требованию названных органов соответствующей конфиденциальной информации не носит противоправного характера. Что же касается других сотрудников органов ЗАГСа, то они не вправе без согласия усыновителей сообщать какие-либо сведения об усыновлении и выдавать документы, из содержания которых видно, что усыновители не являются родителями усыновленного ребенка (ст. 47 ФЗ «об актах гражданского состояния» от 15 ноября 1997 г.). Аналогичный порядок предоставления информации об усыновлении установлен в отношении других учреждений, где зарегистрирован ребенок, переданный на усыновление детских домов, школ – интернатов и т.д.

Во-вторых, состав преступления, предусмотренный ст. 155 УК, отсутствует, если разглашение сведений об усыновлении связано с предъявленным в установленном законом порядке требованием о его отмене в связи с уклонением усыновителей от выполнения возложенных на них обязанностей, злоупотреблением родительскими правами, жестоким обращением с ребенком и по иным основаниям исходя из интересов усыновленного и с учетом его мнения (ст. 141 СК РФ). Наконец, не влечет ответственности по ст. 155 оглашение факта усыновления после его отмены.

По конструкции объективной стороны состав преступления, предусмотренный ст. 155 УК, формальный. Оконченным преступление признается с момента разглашения тайны усыновления независимо от наступления общественно опасных последствий.

Некоторыми цивилистами высказывается предложение о предоставлении усыновленным права знать истину о своем происхождении, кровных родителях, первоначальном имени и т.д. по достижении совершеннолетия. С одной стороны, это якобы будет способствовать сохранению индивидуальности личности, а с другой – реализации предусмотренного Семейным кодексом права ребенка знать своих родителей (ч. 2 ст. 54).

Что касается доведения до сведения ребенка фактов о его биологических родителях, здесь возникает достаточно спорный и противоречивый вопрос, о том, должны ли быть сообщены по требованию ребенка имена биологических родителей, если усыновители указаны в книге записей рождений в качестве родителей ребенка. Надо полагать, что в этом случае лица, располагающие информацией об усыновлении, должны хранить в тайне ставшие им известными в связи с исполнением профессиональных обязанностей сведения об усыновлении. Вмешательство во внутрисемейные отношения со стороны указанных лиц в ситуации, когда ребенок достиг совершеннолетия и может получить интересующие его сведения непосредственно от своих усыновителей, явно излишне и не отвечает интересам ни усыновленного, ни тем более усыновителей. Что же касается ссылки на ч. 2 ст. 54 Семейного кодекса, закрепляющую право ребенка жить и воспитываться в семье, то необходимо учитывать, что данная норма носит общий характер и содержит ряд весьма существенных оговорок. Нарушение тайны усыновления вопреки воле усыновителя означает, что разглашение конфиденциальной информации было совершено без получения на это согласия лица, усыновившего ребенка. При усыновлении несовершеннолетнего обоими супругами условием правомерности предания огласке соответствующих сведений является их совместная воля. При отсутствии согласия одного из них нарушение тайны усыновления не исключает уголовную ответственность. Если же в качестве усыновителя выступал один из супругов (ст. 133 СК РФ), то оглашение сведений об усыновлении с его разрешения, напротив, не является уголовно наказуемым, даже если оно произведено без ведома и согласия другого супруга. Необходимо обратить внимание еще на два обстоятельства, связанных с уяснением смысла анализируемого признака объективной стороны разглашения тайны усыновления.

Во-первых, буквальное толкование формулировки уголовного закона позволяет сделать вывод о том, что состав рассматриваемого деяния отсутствует не только при нарушении тайны усыновления в соответствии с волей усыновителя, но и в случае, когда его воля вообще не выявлялась, что, разумеется, противоречит самой сущности рассматриваемой уголовно-правовой нормы.

Во-вторых, действующее уголовное и семейное законодательство оставляют открытым вопрос об ответственности лица, нарушившего тайну усыновления после смерти усыновителя. Если Кодекс о браке и семье РСФСР четко устанавливал, что в подобной ситуации разглашение тайны усыновления допускается только с согласия органов опеки и попечительства (ч. 2 ст. 110), то Семейный кодекс РФ аналогичной нормы не содержит, хотя в ст. 121 указывает, что защита прав и интересов детей, оставшихся без родительского попечения, возлагается на органы опеки и попечительства. Исходя из этого, логично предположить, что и после смерти усыновителя данные органы должны решать вопрос о даче согласия на нарушение тайны усыновления если это, отвечает интересам ребенка, следовательно, при отсутствии их разрешения разглашение конфиденциальной информации носит противоправный характер. В связи с этим заслуживает поддержки высказанное в юридической литературе предложение о внесении в уголовный закон уточнения, согласно которому нарушение тайны усыновления признается уголовно наказуемым, если оно совершено вопреки воле усыновителя, а в случае его смерти – без согласия органов опеки и попечительства.

2.2 Субъективная сторона и субъект разглашения тайны усыновления (удочерения)

Субъективная сторона разглашения тайны усыновления лицами, обязанными хранить факт усыновления как профессиональную, служебную тайну, в литературе характеризуется по-разному. Уголовным законодательством РФ закреплено точное определение субъективной стороны преступления, под которым понимается психическое отношение лица к деянию и последствию, выраженная в форме умысла или неосторожности, обусловленное определенным мотивом, целью или эмоциональным состоянием.

При описании преступления, предусмотренного ст. 155 УК РФ законодатель отказался от традиционного подхода к конструированию составов преступлений, субъектами которых также могут быть лица, использующие для их совершения свое служебное положение. Исходя из их особого социально – правового статуса, способа совершения преступления, наличия дополнительного объекта посягательства (интересов нормального функционирования организаций, в которых работали виновные), практически всегда подобные деяния предусматриваются в качестве квалифицированных составов соответствующих преступлений. В случае же с нарушением тайны усыновления ответственность общего и специального субъектов закреплена в рамках единого состава преступления. Формулировку ст. 155УК РФ можно трактовать двояким образом: с одной стороны, содержание статьи позволяет сделать вывод о том, что корыстные или иные низменные побуждения являются конститутивными признаками состава преступления независимо от того, кем оно было совершено; с другой – вполне обоснованно утверждение, согласно которому наличие специальных мотивов обязательно только тогда, когда субъектом выступает «иное лицо», не обязанное хранить факт усыновления как служебную или профессиональную тайну.

Такая двусмысленность уголовно – правовой нормы, разумеется, недопустима, а потому выход из создавшегося положения видится либо во внесении в формулировку ст. 155 УК изменений, заключающихся в выделении основного и квалифицированного составов и четком определении признаков субъективной стороны, либо в принятии постановления Пленума Верховного Суда РФ с разъяснениями по рассматриваемому вопросу. Разглашение тайны усыновления лицами, обязанными хранить данный факт как профессиональную, служебную тайну, уголовно наказуемо вне зависимости от побуждений, которыми они руководствовались, и не требует дополнительных условий для признания подобного деяния преступным.

Разглашение тайны усыновления может быть совершено только с прямым умыслом. Виновный осознает, что придает огласке тайну усыновления (удочерения), предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает, чтобы эти сведения стали известны одному лицу, либо кругу лиц. Причем действия субъектов преступления лицам, которым факт усыновления стал известен в связи со служебной или профессиональной деятельностью могут мотивироваться любым образом, а если факт усыновления разглашен иными лицами, не относящимися к указанным категориям состав преступления будет иметь место лишь в том случае, если они действовали из корыстных или иных низменных побуждений. Речь идет в частности, «о продаже» тайны усыновления, использовании ее в качестве средства шантажа при вымогательстве, а также о мести, зависти, корысти. Утверждения о возможности совершения этого преступления и с косвенным умыслом противоречат конструкции данного состава как формального. Законодателем не установлена уголовная ответственность за неосторожное разглашение тайны усыновления, однако в научных работах многих авторов достаточно часто можно встретить высказывания о том, что неосторожное разглашение тайны усыновления также является преступлением, за которое в обязательном порядке должна быть предусмотрена уголовная ответственность. Мотивы и цели такого преступления весьма разнообразны: личный интерес, стремление избавиться от ребенка, месть, корысть, злоба, низменные побуждения. Эти признаки находятся за рамками этого состава преступления, однако они также играют важную роль и обязательно должны учитываться при назначении наказания. Мотив для наличия состава преступления, предусмотренного ст. 155 УК, необходим тогда, когда разглашение осуществляется лицом, не обязанным хранить факт усыновления как служебную или профессиональную тайну.

Субъектом преступления является вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста, в установленном законом порядке принятое на работу в государственную, муниципальную или частную организацию и получившее в связи с исполнением профессиональных обязанностей доступ к конфиденциальной информации об усыновлении. Ответственность за рассматриваемое преступление также могут нести руководители и служащие воспитательных, образовательных и лечебных учреждений, где до усыновления находился ребенок (детских домов, школ – интернатов и т.п.), представители (адвокаты), защищавшие интересы лиц, подавших заявление об усыновлении, журналисты и иные лица, осведомленные о состоявшемся усыновлении.

Действия должностных лиц государственных или муниципальных учреждений, а также лиц, выполняющих управленческие функции в иных организациях, связанные с разглашением тайны усыновления, подлежат квалификации по ст. 155 УК РФ, хотя отдельные криминалисты полагают, что в подобных случаях имеет место совокупность преступлений ст. 155 и ст. 201 либо ст. 285 УК РФ. Статья 155 включает в круг специальных субъектов рассматриваемого преступления не только рядовых сотрудников организаций, обязанных хранить конфиденциальную информацию об усыновлении как профессиональную, служебную тайну, но и руководящий состав указанных учреждений. Возложенная на этих лиц обязанность соблюдения тайны усыновления обусловлена их служебным положением, следовательно, нарушение ими конфиденциальности полученной в связи с исполнением профессиональных, служебных обязанностей информации подпадает под действие ст. 155 УК РФ и дополнительной квалификации не требует.

Таким образом, при прохождении процедуры усыновления достаточное количество специальных субъектов в разное время становятся обладателями охраняемой информации об усыновлении. Поэтому информация может незаконно разглашаться как в период подготовки и сбора документов, так и в момент судебного разбирательства и впоследствии, при окончательном оформлении факта усыновления и контроле над условиями жизни и воспитания усыновленного ребенка. Общественно опасным является не только разглашение факта усыновления, но и информации о готовящемся, потенциальном усыновлении в период его подготовки, оформления, регистрации. Поэтому информация о предстоящем факте усыновления определенного ребенка контактными лицами должна быть признана конфиденциальной с момента начала ее сбора для фиксации в необходимых документах. Информацию о потенциальных усыновленных содержат следующие виды документов: заключение о состоянии здоровья, о физическом и об умственном развитии усыновляемого ребенка, свидетельство о рождении ребенка, согласие на усыновление и изменение фамилии, имени, отчества, записи усыновителей в качестве родителей ребенка старше 10 лет, согласие родителей ребенка на его усыновление, согласие опекуна (попечителя) ребенка, приемных родителей или руководителя учреждения, в котором находится ребенок, оставшийся без попечения родителей. Согласно ч. 3 ст. 272 ГПК РФ, при необходимости суд может затребовать и иные документы. К таким документам могут относиться: копии свидетельства о смерти родителей, копии решений суда о лишении родительских прав родителей, признания родителей недееспособными, безвестно отсутствующими или умершими, акт, подтверждающий, что ребенок был подкинут, запрос органа исполнительной власти в Министерство образования РФ о подтверждении нахождения конкретного ребенка на централизованном учете и другие. О том, что лица, участвующие в рассмотрении дела об усыновлении в суде, обязаны хранить тайну, должно быть отражено в протоколе судебного заседания, о чем сказано в п. 6 постановления Пленума Верховного суда РФ от 20 апреля 2006 г. №8 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей». В целях обеспечения охраняемой законом тайны усыновления (статья 139 СК РФ) суд в соответствии со статьей 273 ГПК РФ рассматривает все дела данной категории в закрытом судебном заседании, включая объявление решения. В этих же целях участвующие в рассмотрении дела лица должны быть предупреждены о необходимости сохранения в тайне ставших им известными сведений об усыновлении, а также о возможности привлечения к уголовной ответственности за разглашение тайны усыновления вопреки воле усыновителя, в случаях, предусмотренных в статье 155 УК РФ, что отражается в протоколе судебного заседания и подтверждается подписями указанных лиц. Таким образом, признавая те или иные сведения охраняемой тайной, государство в лице законодателя устанавливает запрет на незаконное использование данных сведений. Учитывая степень общественной опасности разглашения тайны усыновления, потенциальный физический, моральный ущерб для усыновителей и усыновленных, необходимо принять все меры к действенной охране сведений на всех этапах процедуры усыновления. По аналогии с охраной государственной, коммерческой тайны необходимо издать соответствующий закон, установить перечень лиц, имеющих доступ к тайне в зависимости от этапов процедуры усыновления. В трудовых договорах с лицами – носителями тайны усыновления, необходимо предусмотреть их обязательства о хранении ими тайны усыновления, а также их возможную дисциплинарную, административную, уголовную ответственность за незаконное ее разглашение.

В отношениях по усыновлению субъектами выступают усыновитель (как гражданин Российской Федерации, так и иностранный гражданин, лицо без гражданства), его супруг и родственники с одной стороны, и усыновляемый и его родственники с другой. В отношении усыновителей как субъектов усыновления, предпочтение отдается усыновителям, являющимся гражданами России и проживающим на территории России, а также родственникам (независимо от гражданства и места жительства) перед усыновителями – иностранными гражданами. Законодатель, исходя из интересов детей – граждан Российской Федерации, устанавливает приоритеты усыновителей, следуя в этом вопросе ст. 21 Конвенции о правах ребенка, в которой возможность передачи детей в другую страну связывается только с отсутствием условий усыновления в стране происхождения.

Как пишет Г.С. Красницкая: «Усыновление допускается исключительно в интересах ребенка, поэтому усыновителями могут быть лица, обладающие необходимыми качествами воспитателя. Действуя от обратного, законодатель установил перечень лиц, которые не могут быть усыновителями». В соответствии с Семейным кодексом РФ (ст. 127) усыновителями могут быть совершеннолетние лица обоего пола, за исключением:

– лиц, признанных судом недееспособными или ограниченно дееспособными.

– супругов, один из которых признан судом недееспособным или ограниченно дееспособным.

– лиц, лишенных по суду родительских прав или ограниченных судом в родительских правах.

– лиц, отстраненных от обязанностей опекуна (попечителя) за ненадлежащее выполнение возложенных на него законом обязанностей;

– бывших усыновителей, если усыновление отменено судом по их вине.

Таким образом, СК РФ устанавливает возрастной ценз для приобретения права быть усыновителем. В соответствие с этим п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 апреля 2006 г. №8 содержит положение, согласно которому несовершеннолетние граждане не могут быть усыновителями, даже в случае приобретения ими полной дееспособности по нормам гражданского законодательства РФ (ст. 21, 27 ГК РФ). Не могут быть усыновителями и лица, которые по состоянию здоровья не в состоянии осуществлять родительские права. Для более последовательной защиты прав и интересов усыновляемых детей Федеральным законом от 27 июня 1998 г. №94-ФЗ, «О внесении изменений и дополнений в Семейный кодекс Российской Федерации» расширен перечень лиц, которые не могут быть усыновителями. Сюда вошли те, кто на момент установления усыновления не имеют дохода, обеспечивающего усыновляемому ребенку прожиточный минимум, установленный в субъекте Российской Федерации, на территории которого проживают усыновители.

Не могут быть усыновителями лица, не имеющие постоянного места жительства, жилого помещения, отвечающего установленным санитарным и техническим требованиям, а также имеющие на момент установления усыновления судимость за умышленное преступление против жизни или здоровья граждан. В частности Пленум Верховного Суда РФ в п. 15 постановления от 20 апреля 2006 г. №8 указал на то, что «усыновление допускается только в интересах детей с соблюдением требований п. 1 ст. 123 СК РФ, т.е. с учетом этнического происхождения ребенка, принадлежности его к определенной религии и культуре, родного языка, возможности обеспечения преемственности в воспитании и образовании, а также с учетом возможностей обеспечить детям полноценное физическое, психическое, духовное и нравственное развитие». Под интересами детей при усыновлении следует понимать создание благоприятных условий (как материального, так и морального характера) для их воспитания и всестороннего развития. При решении вопроса о допустимости усыновления в каждом конкретном случае следует проверять и учитывать нравственные и иные личные качества усыновителя (усыновителей) (обстоятельства, характеризующие поведение заявителя (заявителей) на работе, в быту, наличие судимости за преступления против личности, за корыстные и другие умышленные преступления и т.п.), состояние его здоровья, а также проживающих вместе с ним членов семьи, сложившиеся в семье взаимоотношения, отношения, возникшие между этими лицами и ребенком. Данные обстоятельства в равной мере должны учитываться при усыновлении ребенка как посторонними лицами, отчимом, мачехой, так и его родственниками.

Усыновителями могут быть как супруги, так и одинокие лица, причем как состоящие в браке с отцом (матерью) ребенка (например, отчим, мачеха), так и являющиеся совершенно посторонними для усыновляемого ребенка. Однако на практике усыновителями чаще всего становятся супружеские пары, лишенные возможности иметь собственных детей. Здесь, следует иметь в виду, что если в последующем брак между супругами будет расторгнут или признан недействительным, то указанные обстоятельства сами по себе не затрагивают юридическую силу факта усыновления ребенка. Закон разрешает также усыновление ребенка одним из супругов, одинокими лицами (мужчиной или женщиной), в том числе родственниками ребенка. Однако Семейным кодексом РФ не допускается совместное усыновление одного и того же ребенка лицами, не состоящими между, собой в браке (п. 2 ст. 127 СК РФ). Такой запрет вытекает из содержания ст. 123 СК РФ, устанавливающей приоритет именно семейного воспитания детей, оставшихся без попечения родителей. При наличии нескольких лиц, желающих усыновить одного и того же ребенка, преимущественное право предоставляется родственникам ребенка при условии обязательного соблюдения рассмотренных выше требований закона к личности усыновителей (усыновителя) и интересов усыновляемого ребенка.

Законодатель устанавливает еще одно условие, касающееся разницы в возрасте между усыновителем и усыновленным согласно которому разница в возрасте между усыновителем, не состоящим в браке и усыновляемым ребенком должна быть не менее шестнадцати лет. Данное правило является, новым, так как не предусматривалось прежним законодательством. Его введение обусловлено различными причинами морального, этического, социального и иного характера. По причинам, признанным судом уважительными, разница в возрасте может быть сокращена.

При рассмотрении дел об установлении усыновления важное место отводиться роли суда. Деятельность судебных органов строго регламентирована законом. Основные требования, предъявляемые к ним: неукоснительное соблюдение законов (международно-правовых актов; Конституции РФ и внутреннего законодательства РФ; конституции и законодательства союзных республик, если это затрагивает интересы ребенка), а также принципов, установленных для их деятельности. В целях соблюдения законных интересов усыновляемых, законодатель предусмотрел гарантии их обеспечения. Одной из них является запрет на осуществление посреднической деятельности при установлении усыновления. Так в соответствии с п. 1 ст. 126 СК РФ посредническая деятельность по усыновлению детей, то есть любая деятельность других лиц в целях подбора и передачи детей на усыновление от имени и в интересах лиц, желающих усыновить детей, не допускается. То есть лица и организации, занимающееся посреднической деятельностью по усыновлению (удочерению) детей, не могут быть субъектами усыновления с точки зрения законности их правового положения. Они могут быть в данном случае лишь субъектами ответственности, предусмотренной за незаконные действия законодательства того или иного государства. Следовательно, на территории Российской Федерации не разрешается создание юридических лиц, а также появление граждан-предпринимателей, оказывающих посреднические услуги по усыновлению на профессиональной основе и за вознаграждение. Запрещая посредническую деятельность при усыновлении, законодатель стремился исключить некоторые негативные последствия, связанные как с извлечением прибыли от такой деятельности, так и с возможностью купли-продажи детей под видом усыновления.

3. Уголовная ответственность за разглашение тайны усыновления в странах СНГ и Балтии

3.1 Порядок и условия усыновления в странах СНГ и Балтии

После распада СССР в бывших союзных республиках, а ныне самостоятельных государствах происходит бурное изменение многих отраслей законодательства. Не является исключением и законодательство о браке и семье, в том числе и нормы института усыновления.

В 1993–1999 гг. в Латвии принят ряд законов, которые полностью или в части регламентируют вопросы усыновления: Гражданский закон Латвийской Республики, Правила усыновления, Закон «О сиротских судах и волостных судах», Гражданский процессуальный закон. В 1994 году принят Закон «О семье» Эстонской Республики. В связи с реформированием института усыновления внесены изменения в Кодекс о браке и семье Украины и в Гражданский процессуальный кодекс Украины. В 1998 году приняты Семейный кодекс Республики Таджикистан, Закон «О браке и семье» Республики Казахстан. В 1999 году приняты Гражданский процессуальный кодекс Казахстана, в котором по-новому регламентирован порядок усыновления, в Киргизии – Закон «Об охране и защите прав несовершеннолетних», в Республике Беларусь – Кодекс о браке и семье, а в 2000 году – Закон «О внесении дополнений в Гражданский процессуальный кодекс Республики Беларусь», которым Кодекс дополнен новой главой – «Особенности рассмотрения дел об усыновлении (удочерении) ребенка». В 2001 году опубликован Семейный кодекс Республики Молдова.

Законодательство государств бывшего СССР об усыновлении во многом сходно с современным законодательством России. Но существуют и особенности, обусловленные разными факторами.

В законодательстве стран СНГ и Балтии указывается на приоритет семейного воспитания детей. В большинстве государств провозглашена цель усыновления – интересы несовершеннолетнего (Беларусь, Украина, Таджикистан, Эстония, Казахстан). Например, в Семейном кодексе Молдовы в качестве принципов семейного законодательства Республики названы приоритет воспитания детей в семье, проявление заботы о воспитании и содержании несовершеннолетних, защита их прав и интересов.

Законодательством стран СНГ установлен ряд условий, соблюдение которых необходимо для усыновления. В первую очередь, это условия о возрасте как усыновляемых, так и усыновителей. В большинстве стран ближнего зарубежья усыновление допускается только в отношении несовершеннолетних. Семейный кодекс Молдовы уточняет, что усыновление в отношении детей, которые стали полностью дееспособными до достижения 18 лет, не допускается. Исключение из правила о возможности усыновления только несовершеннолетних делает законодательство Латвийской Республики, гражданский закон допускает усыновление совершеннолетних, но только при условии, если к моменту усыновления между усыновителем и усыновляемым уже сложились отношения родителей и детей.

Помимо перечисленных условий о возрасте усыновляемого, семейный кодекс Украины устанавливает дополнительное условие для случаев усыновления детей, от которых родители отказались в родильном доме. Такие дети могут быть усыновлены только по достижении ими двухмесячного возраста.

Усыновителем во всех странах может быть только совершеннолетний. В Эстонии, Латвии, Молдове установлен возрастной ценз (абсолютное условие о возрасте) – 25 лет. С разрешения суда в Эстонии и Молдове этот возраст может быть уменьшен, минимальной разницы в возрасте не устанавливается.

В других странах законодатели устанавливают минимальную разницу в возрасте между усыновителем и усыновляемым. В Казахстане и Беларуси необходима разница в 16 лет, на Украине – 15 лет, в Латвии – 18 лет. Во всех указанных случаях она может быть сокращена судом по причинам, признанным уважительными. Только в Таджикистане суд не наделен правом уменьшать разницу в возрасте между усыновителем и усыновляемым. При усыновлении отчимом (мачехой) ее наличия, как правило, не требуется. В законодательстве Украины существует еще одно исключение – при усыновлении детей родственниками такая разница не требуется. Тем самым усыновление этими лицами поощряется.

Семейный кодекс Республики Молдова запрещает усыновлять лицам, достигшим возраста 50 лет, за исключением случаев, когда ребенок усыновляется супругами и один из них не достиг этого возраста, или когда супруг усыновляет ребенка другого супруга, или когда ребенок проживал в семье будущих усыновителей до достижения ими возраста 50 лет. Таким образом, предусмотрен ценз в отношении максимального возраста усыновителя. Подобные условия в законодательстве об усыновлении направлены на создание такой семьи, в которой возраст всех ее членов максимально соответствовал бы возрасту членов естественной биологической семьи.

Другое важное условие, соблюдение которого необходимо для усыновления, – наличие в семье возможностей для нормального развития, воспитания и образования ребенка. Семейный кодекс Казахстана прямо провозглашает, что это является необходимым для усыновления. Семейный кодекс Республики Молдова устанавливает, что при выборе формы устройства детей должны учитываться этническое происхождение ребенка, его принадлежность к определенной культуре, вероисповедание, язык, состояние здоровья и развитие для создания условий, которые обеспечивали бы преемственность в его воспитании. Аналогичные правила содержатся в Семейном кодексе Узбекистана. Гражданский закон Латвии указывает, что усыновление допускается при условии существования истинных отношений родителей и детей. В Республики Беларусь необходимым для усыновления является факт личного общения усыновителя с ребенком. Таким образом, большое внимание в законодательстве уделяется взаимопониманию между членами новой семьи, что, безусловно, является залогом нормальных семейных отношений, а также преемственности духовного развития усыновляемого. Это крайне важно для нормального, гармоничного формирования его личности и отвечает интересам усыновителей.

Целый ряд условий, необходимых для того, чтобы усыновление состоялось, относится к личности усыновителя. Недееспособность (ограниченная дееспособность), лишение или ограничение в родительских правах, отстранение от выполнения опекунских обязанностей за ненадлежащее их выполнение, отмена усыновления по вине усыновителя являются фактами, наличие которых исключает возможность усыновления в Казахстане, Таджикистане, Эстонии, Республики Беларусь, Молдова. Правительства Казахстана, Молдовы, Таджикистана полномочны устанавливать перечень заболеваний, при наличии которых лицо не может усыновить ребенка. В Республике Молдова, кроме указанных ограничений, установлен запрет на усыновление для лиц, которые ведут себя аморально, а также лицам, представившим подложные документы при оформлении усыновления. На Украине, кроме лиц, лишенных родительских прав, и лиц, в отношении которых усыновление отменено по их вине, не могут усыновлять лица, состоящие на учете в психоневрологических и наркологических диспансерах или лечащиеся в таких учреждениях, лица, которые на момент усыновления не имеют постоянного дохода, желающие оформить усыновление с целью получения материальной или иной выгоды. Условие о необходимости дохода, обеспечивающего усыновляемому прожиточный минимум, закреплено и в белорусском законе, наряду с запретом усыновлять лицам, имеющим на этот момент судимость за умышленное преступление, и лицам, которые не имеют постоянного места жительства и жилого помещения, отвечающего установленным санитарным и техническим требованиям. Перечисленные условия направлены на недопущение усыновления теми, кто не в состоянии обеспечить ребенку нормальную моральную и материальную обстановку в семье, привить ему принятые в обществе нравственные ценности.

В Казахстане и в Таджикистане недееспособность (ограниченная дееспособность) супруга усыновителя является препятствием для усыновления. В законодательстве Украины, Молдовы, Эстонии, Латвии такого запрета не установлено. По моему мнению, если состояние недееспособного, ограниченно дееспособного супруга усыновителя может стать причиной дискомфортной обстановки в семье, причинения моральной травмы усыновляемого, то усыновление не должно допускаться.

Законодательство всех рассматриваемых государств особое внимание уделяет случаям усыновления тех, у кого есть братья и сестры. Усыновление братьев и сестер разными лицами не допускается, за исключением случаев, когда оно отвечает интересам детей. Такое правило существует в Таджикистане, Казахстане, Молдове. Раздельное усыновление допускается, когда один из братьев (сестер) не может быть усыновлен по состоянию здоровья. В Гражданском законе Латвии сказано, что при усыновлении братья и сестры не разлучаются. В интересах детей допускаются случаи разлучения братьев и сестер, если у кого-либо из них имеется неизлечимое врожденное, приобретенное или унаследованное заболевание.

Семейное законодательство Узбекистана, Таджикистана, Украины не содержит условия о необходимости совместного усыновления братьев и сестер, но дает преимущественное право на это лицу, усыновляющему братьев и сестер, без разрыва родственных связей между ними. По законодательству всех государств СНГ и Балтии одно лицо может усыновить несколько детей, не состоящих между собой в родстве. Максимальное количество детей, которое может усыновить одно лицо, не устанавливается.

В Республике Казахстан, Таджикистан, Эстонии, Молдова, Беларусь, Латвии не допускается усыновление одного ребенка двумя лицами, не состоящими между собой в браке. Однако допускается усыновление ребенка одним лицом, не состоящим в браке. Эти нормы направлены на обеспечение воспитания ребенка в традиционной семейной обстановке. К сожалению, приходится признавать, что семья с одним родителем становится в современном обществе нормой. Необходимым условием усыновления является согласие законного представителя ребенка.

Для усыновления ребенка, родители которого живы и не лишены родительских прав, необходимо их согласие. Такое согласие может быть дано на усыновление его конкретным лицом или без указания конкретного лица. Кодекс о браке и семье Украины особо указывает, что согласие родителей на усыновление должно быть сознательным, не принудительным, без получения какого-либо вознаграждения. В законодательстве Республики Беларусь, Украины особо подчеркивается, что согласие на усыновление может быть дано только после рождения ребенка. Кодекс о браке и семье Республики Беларусь указывает, что при усыновлении ребенка несовершеннолетних родителей, которые не приобрели полную дееспособность, необходимо также согласие их законных представителей.

Законами стран СНГ и Балтии предусматриваются случаи, когда согласие родителей на усыновление не требуется. Наиболее общие из таких условий следующие: родители неизвестны, признаны судом умершими, безвестно отсутствующими, недееспособными, лишены родительских прав, более шести месяцев не проживают совместно с ребенком и уклоняются от его воспитания по причинам, признанным судом неуважительными. Эти нормы аналогичны в законодательстве Республики Беларусь, Казахстана, Молдовы, Украины, Таджикистана, Эстонии.

Законодательство Латвии не требует согласия родителей не только в перечисленных выше случаях, но и также, если место жительства родителей усыновляемого установить невозможно, и если судом установлено, что по фактическим обстоятельствам согласие родителей невозможно вследствие какого-либо постоянного препятствия. Предусматривается, что если один родитель дает согласие на усыновление, а второй отказывается дать его без веской причины, то такое согласие может дать сиротский суд.

Для усыновления детей, находящихся в воспитательных, лечебных учреждениях, под опекой, патронатом, необходимо согласие соответственно руководителей этих учреждений, опекуна, патронатных воспитателей. По законодательству Республик Казахстан, Беларусь, Таджикистан, Молдова в интересах ребенка решение об усыновлении может быть вынесено без согласия опекуна, патронатных воспитателей, руководителей воспитательного, лечебного учреждения. Еще одно важное условие усыновления – согласие ребенка. Оно необходимо, если ребенок достиг возраста семи лет (Эстония), десяти (Казахстан, Таджикистан, Беларусь, Молдова, Украина), двенадцати лет (Латвия), за исключением случая, когда ребенок проживал в семье усыновителя и считал его своим родителем.

В Семейном кодексе Казахстана случаи, когда нет необходимости получать согласие ребенка, сформулированы иначе. Указывается, что если ребенок, достигший десяти лет, проживает совместно с усыновителем и считает его своим родителем, то согласие ребенка на усыновление предполагается. Таким образом, законодатель устанавливает презумпцию о согласии на усыновление десятилетнего (и старше) ребенка, проживающего в семье усыновителя и считающего его своим родителем. Перечисленные нормы гарантируют ребенку, достигшему определенного возраста, с которого, по мнению законодателя, он в состоянии принимать решения по наиболее важным вопросам в своей жизни, право выражать свое мнение, определять, в какой семье жить и воспитываться.

Согласно законодательству всех рассматриваемых государств усыновление производится судом в порядке особого производства, с обязательным участием заявителей, заинтересованных лиц, органов опеки и попечительства, а также прокурора. Гарантией установления усыновления в интересах детей и недопустимости злоупотреблений в этом деле служат нормы о запрете посреднической деятельности по их усыновлению. Такой запрет содержится в законодательстве Беларуси, Украины. При этом усыновители не лишаются права иметь представителя, права и обязанности которого установлены гражданским и гражданским процессуальным законодательством.

Обязательным доказательством по делам об усыновлении является заключение органа опеки и попечительства об обследовании условий жизни лица, желающего быть усыновителем. Для обеспечения тайны усыновления эти дела рассматриваются в закрытом судебном заседании. Только Кодекс о браке и семье Украины делает исключение: тайна усыновления не распространяется на случаи усыновления детей иностранными гражданами.

По законодательству всех рассматриваемых государств ребенок считается усыновленным со дня вступления в силу решения об усыновлении.

Особенности законодательства стран СНГ и Балтии об усыновлении показывают, что многие нормы универсальны, проверены временем, и целесообразность их существования не вызывает сомнений. Это относится к таким положениям, как провозглашение приоритета семейного воспитания, установление усыновления только в интересах ребенка, условие о разнице в возрасте между усыновителем и усыновляемым, условия, ограничивающие возможность усыновления для отдельных категорий лиц, установление требований к материальной обеспеченности усыновителей, отсутствие необходимости согласия усыновляемого на усыновление, если он проживал в семье усыновителя, и считает его своим родителем.

3.2 Уголовная ответственность за разглашение тайны усыновления в странах СНГ и Балтии

Всеобщая декларация прав человека провозглашает: «Семья является естественной и основной ячейкой общества, которая должна находиться под защитой государства, а каждый ребенок без всякой дискриминации по признаку расы, цвета кожи, пола, языка, религии, национального или социального происхождения, имущественного положения или рождения имеет право на такие меры защиты, которые требуются в его положении как малолетнего со стороны его семьи, общества и государства.

Организация Объединенных Наций во Всеобщей декларации прав человека провозгласила, что дети имеют право на особую заботу и помощь, ребенку для полного и гармоничного развития его личности необходимо расти в семейном окружении, в атмосфере счастья, любви и понимания, ребенок должен быть полностью подготовлен к самостоятельной жизни…воспитан в духе мира, достоинства, терпимости, свободы, равенства и солидарности…». Эти важнейшие принципы, касающиеся прав и свобод ребенка были закреплены всеми странами – участниками Конвенции. В Конституциях стран СНГ и Балтии провозглашено: «Семья – это высшая ценность, которая находится под защитой государства». Важнейшее средство защиты семьи и ребенка является установление уголовной ответственности за посягательства на общественные отношения, обеспечивающие нормальное развитие и воспитание несовершеннолетних, а также правильное функционирование семьи. Одним из важнейших условий защиты прав и интересов как ребенка, так и усыновителей является соблюдение тайны усыновления. Закон предусматривает ряд мер по сохранению тайны усыновления, в том числе уголовную ответственность.

Уголовное законодательство государств ближнего зарубежья в области правовой охраны тайны усыновления характеризуется значительным сходством. Подобное обстоятельство обусловлено тем, что при конструировании уголовно-правовых норм их создатели опирались на Модельный Уголовный кодекс стран – участниц СНГ. Тем не менее, эти нормы обладают также рядом отличительных черт, свидетельствующих как о более, так и о менее высоком уровне юридической техники анализируемых правовых актов.

Исходя из структуры Модельного Уголовного кодекса, на первое место по степени значимости разработчиками поставлены тайны частной жизни, к которым относятся личная и семейная тайна, тайна переговоров и сообщений, тайна усыновления. Уголовно – правовой запрет их нарушения установлен ст. 151 Модельного Уголовного кодекса (незаконное собирание или распространение информации о частной жизни), ст. 152 (разглашение врачебной тайны), ст. 153 (нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений), ст. 171 (разглашение тайны усыновления).

Предметом посягательства на частную жизни, предусмотренного ст. 151 Модельного Уголовного кодекса, выступают сведения, являющиеся личной и семейной тайной. Во всех анализируемых уголовных кодексах, кроме кодекса Узбекистана, присутствует подобная норма, причем предмет преступления не отличается от предложенного Модельным УК. Исключение составляет ст. 145 УК Латвии, предусматривающая охрану чужой тайны. Нарушение неприкосновенности частной жизни по ст. 151 Модельного УК выражается в незаконном собирании сведений, составляющих тайну другого лица, без его согласия или распространении таких сведений в публичном выступлении, публично выставленном произведении или средствах массовой информации. В некоторых государствах уголовно наказуемым считается также использование личной (семейной) тайны и ее хранение.

Собирание и распространение сведений влекут уголовную ответственность, только если эти действия причинили вред правам и законным интересам потерпевшего. Наступление более тяжких последствий является квалифицирующим признаком, но выделяется редко. В ст. 177 УК Беларуси таким признаком считается использование специальных технических средств.

Как правило, нарушение неприкосновенности частной жизни характеризуется умышленной виной. Собирание сведений преследуется в уголовном порядке, если совершается с целью дальнейшего распространения, что говорит об обязательном наличии умысла у виновного. Совершить посягательство на неприкосновенность частной жизни может любое физическое лицо, достигшее общего возраста уголовной ответственности, т.е. пятнадцати – шестнадцати лет. Специальные признаки субъекта, такие как служебное положение, занятие определенной профессиональной деятельностью выделяются в квалифицированные составы. Однако ст. 128 -1 УК Эстонии и ст. 145 УК Латвии вынесли их в основной состав. Посягательство на неприкосновенность частной жизни отнесено разработчиками Модельного Уголовного кодекса к преступлениям небольшой тяжести. Той же позиции придерживаются законодатели исследуемых стран. Основными наказаниями назначаемыми за это преступление, являются штраф, обязательные или исправительные работы или их аналоги, арест. Применяются также лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью и лишение свободы максимальным сроком до трех лет (ч. 3 ст. 168 УК Литвы.)

Ст. 171 Модельного кодекса обеспечивает неприкосновенность тайны усыновления (удочерения) путем запрета на ее умышленное разглашение вопреки воле усыновителя (удочерителя). Сходным образом сконструированы составы преступлений по ст. 168 УК Украины, ст. 177 УК Беларуси, ст. 204 УК Молдовы, ст. 175 УК Грузии, ст. 169 УК Литвы. В качестве квалифицирующих признаков закреплены совершение деяния лицом, обязанным соблюдать тайну по роду своей деятельности, совершение деяния лицом из корыстных или иных низменных мотивов, наступление тяжких последствий в результате деяния. В остальных уголовных законах мотивы лица или род его деятельности являются обязательными признаками основного состава преступления. УК Узбекистана, Эстонии, Литвы вообще не устанавливают ответственность за разглашение тайны усыновления.

Разглашение тайны усыновления обычно относятся к преступлениям небольшой тяжести. Санкции за это деяние всегда являются альтернативными и предусматривают наказание виде штрафа, ареста, обязательных или исправительных работ, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Лишение свободы предусмотрено только УК Украины, Молдовы – до трех лет, УК Таджикистана – от двух до пяти лет – за совершение деяния с квалифицирующими признаками. Соответственно в этом случае разглашение тайны усыновления является преступлением средней тяжести.

Уголовное законодательство большинства стран ближнего зарубежья отличаются тем, что практически все УК обладают главой, посвященной охране семьи. Также необходимо заметить схожие, а иногда полностью идентичные названия этих глав. Так, в УК Грузии, Казахстана, Латвии, Молдовы, Таджикистана специальная глава носит название «Преступления против семьи и несовершеннолетних». Гл. 21 УК Республики Беларусь называется «Преступления против уклада семейных отношений и интересов несовершеннолетних», гл. V УК Узбекистана – «Преступления против семьи, молодежи и нравственности», гл. 22 УК Азербайджана – «Преступления против несовершеннолетних и семейных отношений», гл. 20 УК Армении – «Преступления против семьи и интересов ребенка», гл. XXIII УК Литвы – «Преступления и уголовные проступки против ребенка и семьи».

УК Грузии ст. 173, Азербайджана ст. 174, Таджикистана ст. 172 карают за незаконное усыновление (удочерение), остальные из исследуемых УК стран СНГ не расценивают это деяние как преступление.

В отдельной статье установлена уголовная ответственность за разглашение тайны усыновления в УК Республики Беларусь ст. 177, Казахстана ст. 135, Латвии ст. 169, Узбекистана ст. 125, Азербайджана ст. 175, Армении ст. 169, Молдовы ст. 204, Таджикистана ст. 173.

Уголовный кодекс Республики Беларусь содержит ряд статей, в которых предусматриваются наказания за противозаконные действия в отношении тайн, в том числе: государственной тайны ст. 356, 358, тайны переписки, телефонных переговоров, телеграфных или иных сообщений ст. 203, коммерческой или банковской тайны ст. 254, 255, тайны усыновления ст. 177, врачебной тайны ст. 178.

Как уже отмечалось, тайна усыновления является категорией не только гражданского, семейного, но и уголовного права. Обязательный характер сохранения секретности сведений обеспечивается посредством разработанного законодательного механизма, который предусматривает ответственность за разглашение тайных сведений об усыновлении. Ответственность за разглашение сведений, составляющих тайну усыновления в Республики Беларусь определена ст. 177 которая провозглашает, что умышленное разглашение тайны усыновления (удочерения) против воли усыновителя или усыновленного (удочеренной) – наказывается общественными работами, или штрафом, или исправительными работами на срок до одного года. В статье прямо говорится, об умышленном разглашении тайны, что исключает ответственность совершения преступления с косвенным умыслом.

В ст. 177–1УК Республики Беларусь устанавливается ответственность за незаконные действия по усыновлению (удочерению) детей. Действия по подбору и передаче детей на усыновление (удочерение) от имени или в интересах лиц, желающих их усыновить (удочерить), осуществляемые лицом, не уполномоченным на это законодательством Республики Беларусь, совершенные в течение года после наложения административного взыскания за такое же нарушение, а равно склонение этим лицом к согласию на усыновление (удочерение) детей из корыстных побуждений – наказываются штрафом, или исправительными работами на срок до двух лет, или лишением свободы на тот же срок.

В Республике Молдова в ст. 204 установлена ответственность за разглашение тайны усыновления вопреки воле усыновителя, которое совершено лицом, обязанным хранить факт усыновления как профессиональную или служебную тайну. Статья четко определяет, что ответственности может подлежать именно лицо обязанное хранить тайну усыновления как профессиональную или служебную.

Согласно ст. 168 разглашение тайны усыновления (удочерения) уголовного кодекса Украины сохранение тайны усыновления должно быть обеспечено не только после усыновления ребенка, но и в процессе подготовки необходимых для усыновления документов. Для того чтобы не требовать от всех лиц, так или иначе в этом задействованных, подписку о неразглашении тайны усыновления, необходимо, чтобы круг этих лиц был незначительным и при этом были учтены все требования закона. Уголовный кодекс предусматривает ответственность за разглашение тайны усыновления на момент, когда лицо получило статус усыновителя, а до решения вопроса об усыновлении такое лицо имеет лишь намерение усыновить ребенка, поэтому действие Уголовного кодекса не распространяется на разглашение сведений о намерении лица стать усыновителем. В связи с этим возникает необходимость распространения действия ст. 168 Уголовного кодекса Украины на стадию сбора документов и приведения ее в соответствие с ч. 1 ст. 228 СК Украины. В п. 2 ст. 168 УК Республики Украина указан квалифицированный состав преступления, деяние, совершенное служебным лицом или работником медицинского учреждения, которым сведения об усыновлении (удочерении) стали известны по службе или по работе, или если оно повлекло тяжкие последствия.

Помимо ответственности за разглашение тайны усыновления уголовное законодательство стран СНГ и Балтии определяет ответственность за совершение таких преступлений как «подмена ребенка», «незаконные действия по усыновлению (удочерению)».

Подмена чужого ребенка, совершенная из корыстных или иных личных побуждений, – наказывается ограничением свободы на срок до пяти лет или лишением свободы. Незаконная посредническая деятельность или иные незаконные действия по усыновлению (удочерению) ребенка, передаче его под опеку (попечительство) либо на воспитание в семью граждан – наказываются штрафом или исправительными работами на срок до двух лет.

Уголовный кодекс Республики Казахстан в ст. 134 прямо указывает на умышленную подмену ребенка, а также подмену ребенка совершенную из корыстных или низменных побуждений за что предусмотрена ответственность в виде штрафа, исправительных работ, либо лишение свободы от трех до семи лет.

Исследование уголовного законодательства зарубежных стран показало, что 10 из них (УК Республики Беларусь, Грузии, Казахстана, Латвии, Узбекистана, Азербайджана, Армении, Молдовы, Таджикистана, Литвы) имеют специальную главу, посвященную охране семьи. В УК Украины и Эстонии такой главы нет, однако преступления связанные с семьей, несовершеннолетними и личностью ребенка строго охраняются как уголовным законодательством, так и дополнительными законами республик.

Анализ уголовного законодательства стран СНГ и Балтии показывает, что закрепленные нормы направлены в первую очередь на сохранение семьи, неприкосновенности частной жизни, личности, защиту несовершеннолетнего. Законодательство стран ближнего зарубежья в значительной степени унифицировано. Такая ситуация объясняется тем, что создатели большинства уголовных законов опирались на проект Модельного Уголовного кодекса для стран СНГ. С одной стороны этот факт способствует объединению правового пространства государств, с другой – приводит к тому, что законодатели копируют недоработки Модельного кодекса. В то же время ряд уголовных кодексов отличается существенной спецификой в правовом регулировании отдельных видов института тайны. Охрана государственной тайны предусмотрена во всех уголовных законах. Основными составами выступают измена государству, шпионаж, разглашение государственной тайны и утрата носителей информации, составляющей государственную тайну. Охрана тайны частной жизни представлена такими нормами, как нарушение неприкосновенности личной и семейной тайны, нарушение тайны переписки, разглашение тайны усыновления. В ряде уголовных кодексов предусматривается ответственность за разглашение врачебной тайны. Охрана коммерческой или банковской тайны характеризуется запретом ее незаконного собирания, использования или разглашения. В ряде кодексов банковская тайна не является объектом уголовно-правовой охраны. В отличие от УК РФ, защита налоговой тайны не предусматривается вообще. Охрана процессуальной тайны заключается в установлении ответственности за разглашение данных предварительного расследования и сведений о мерах безопасности в отношении участников процесса или сотрудников правоохранительных органов.

Рассмотрев уголовное законодательство РФ и стран ближнего зарубежья можно сделать вывод, что, безусловно, степень охраны государственной тайны значительно выше по сравнению с другими видами тайн. Большинство посягательств на нее являются тяжкими и особо тяжкими преступлениями, тогда как защита остальных видов тайн находится приблизительно на одинаковом уровне. Нарушение неприкосновенности частной жизни, тайны переписки, почтовых и телеграфных сообщений, разглашение тайны усыновления относится законодателем к преступлениям небольшой и средней тяжести. Однако, на мой взгляд, эти категории преступлений заслуживают большего внимания, т. к. вторжение в личную жизнь человека, нарушение тайны может повлечь неизгладимые последствия не только для одного индивида, но и нанести ущерб семье, разрушить сформировавшуюся ячейку общества.

Заключение

Подводя краткие итоги рассмотрению темы, можно с уверенность сказать, что проблемы и сложности, связанные с усыновлением детей существовали на всех исторических этапах становления этого института и были присущи практически всем правовым системам. Это связано как со сложностью самого института усыновления, так и с внутренней политикой каждого конкретного государства на определенном этапе его развития.

В представленной работе, сделана попытка определить правовое понятие тайны, выделить основные и наиболее актуальные классификации видов тайн в настоящее время, охарактеризовать развитие института усыновления в России и странах ближнего зарубежья; современное состояние законодательства об усыновлении в Российской Федерации; определить понятия и виды уголовной ответственности за разглашение тайны усыновления (удочерения), выделить основные направления развития теории и практики в этой сфере, а также в области международного сотрудничества.

Наиболее значимыми событиями за всю историю существования института усыновления (удочерения) в России стали: законодательное закрепление приоритета устройства детей, оставшихся без попечения родителей, на воспитание в семью, возобновление судебного порядка рассмотрения и разрешения дел об установлении усыновления в РФ, а также установление уголовной ответственности за разглашение тайны усыновления (удочерения).

Некоторыми авторами усыновление представляется как один из способов судебной защиты прав ребенка. В основу такого подхода положено назначение усыновления. Представляется, что усыновление предназначено для реализации прав ребенка, оставшегося без родительского попечения и, прежде всего, права жить и воспитываться в семье и права на защиту.

Усыновление является одним из старейших правовых институтов и существует во всех современных правовых системах. По своему назначению институт усыновления глубоко гуманен. Он призван обеспечить нормальную семейную жизнь и воспитание детей, не имеющих родителей или лишившихся родительского попечения.

Основные проблемы, связанные с существованием и функционированием института усыновления (удочерения) в Росси, позволило определить первоочередные задачи, стоящие перед российским обществом на пути совершенствования данного правового института, выявить потребность установление уголовной ответственности за незаконное разглашение тайны усыновления (удочерения). Институт тайны усыновления, а также вопросы и проблемы связанные с разглашением тайны усыновления (удочерения), является достаточно противоречивыми и неоднозначными на сегодняшний день. Одни считают, что эта тайна должна свято сохраняться, другие называют ее анахронизмом, дискредитирующим саму идею усыновления. Учитывая всю сложность и многообразие решаемых при усыновлении вопросов, имеющих прямое отношение к охраняемой законом тайне, следует исходить из трех крайне важных посылок. Во-первых, из тесной связи между тайной усыновления, которую надо (или нет) беречь, и благоприятностью условий семейного воспитания ребенка. Во-вторых, из своеобразия информации о самом событии, которое не подлежит огласке. Случайно оброненное слово, намек, наводящий вопрос и т.п., исходящее от человека, причастного к усыновлению, могут разрушить баланс внутрисемейных отношений. Между тем, нередко приходится нарушать тайну, чтобы найти, скажем, причину серьезной болезни ребенка. Иное дело, когда кто-то хочет нанести удар семье, и особенно ребенку. Налицо умышленное, а потому особенно опасное противоправное действие, за которое в обязательном порядке должно следовать уголовное наказание. И, наконец, в-третьих, ответственность причастных к оформлению документов.

Что касается мер уголовной ответственности за разглашение тайны усыновления, предусмотренной статьей 155 УК РФ, то ее диапазон достаточно широк – штраф в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, исправительные работы на срок до одного года, либо арест на срок до четырех месяцев с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет и без такового. Поэтому есть возможность дифференцировать наказание с учетом конкретных обстоятельств дела, субъективной стороны совершенного преступления.

Таковы основные положения, связанные с проблемой разглашения тайны усыновления (удочерения) на современном этапе. В завершение сказанного, хотелось бы еще раз подчеркнуть, что именно усыновление дает возможность создать ребенку максимально близкие к семейным условия жизни и воспитания. А реализация на практике новых положений российского законодательства, направленных на защиту прав и законных интересов детей при усыновлении, позволит избежать злоупотреблений в этой важной социальной сфере деятельности государства, а главное – поможет детям под контролем суда с учетом их интересов обрести нормальную полноценную семью.

Список источников

  1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием от 12 декабря 1993.: по состоянию на 30.12.2008. // СЗ РФ. 2009. №4. Ст. 445.

  2. Конвенция о правах ребенка: Принята и открыта для подписания, ратификации и присоединения резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеей ООН от 20 ноября 1989.: по состоянию на 1 апреля 1992.

  3. Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996. №63 – ФЗ: в ред. федер. закона от 18.04. 2010. №64 – ФЗ // СЗ РФ. 1996. №25. Ст. 2954.

  4. Уголовно-Процессуальный Кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001. №174 – ФЗ: в ред. федер. закона от 11.04.2010 г. №32 – ФЗ // СЗ РФ. 2001. №52 (ч. 1). Ст. 4921.

  5. Гражданский кодекс Российской Федерации от 26 января 2006. №145 – ФЗ: в ред. федер. закона от 24.02.2010. №17 – ФЗ // СЗ РФ. 2006. №52 (1 ч.). Ст. 5496.

  6. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002. №138 – ФЗ: в ред. федер. закона от 09.03.2010 г. №20 – ФЗ // СЗ РФ. 2002. №46. Ст. 4532.

  7. Семейный Кодекс Российской Федерации от 29.12.1995. №223 – ФЗ: в ред. федер. закона от 01.09.2008. №106 – ФЗ // СЗ РФ. 1996. №1. Ст. 16.

  8. Об актах гражданского состояния: федер. закон от 15 ноября 1997. №143 – ФЗ // СЗ РФ. 1997. №2. Ст. 12.

  9. Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних: федер. закон от 24.06.1999. №120 – ФЗ // СЗ РФ. 1999. №26. ст. 3177

  10. Об информации, информационных технологиях и о защите информации: федер. закон от 27.07.2006. №149 – ФЗ // Рос. газ 2006. №18. Ст. 1554

  11. О государственной тайне: федер. закон от 21.07.1993. №5485–1 – ФЗ // СЗ РФ. 2005. №17. Ст. 1547.

  12. Об утверждении Типового положения об образовательном учреждении для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей: Постановление Правительства РФ от 1 июля 1995 г. №676 // СЗ РФ. 1995 г. №28. Ст. 2693.

  13. О сиротских и волостных судах: федер. закон Латвийской республики от 6 ноября 1995. №239 // Ведомости Кабинета министров Латвийской Республики. 1996. №3. Ст. 23.

  14. Семейный кодекс Украины от 26.12.2002. №21. В ред. от 15.03.2008. №. 407 – 15 // Ведомости Верховной Рады. 2002. №. 21 -21. Ст. 135.

  15. Семейный кодекс Республики Молдова от 26.10.2000. №1316-XIV. В ред. от 29 мая 2008.

  16. Гражданский кодекс Латвийской Республики: принят 23 января 1937 // Науч. ред. Н.Э. Лившиц; Пер. с лат. И. Алфеевой. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. 801 с.

  17. Кодекс о браке и семье Республики Беларусь от 9 июля 1999 №278–3. Принят Палатой представителей 3 июня 1999. Одобрен Советом Республики 24 июня 1999.

  18. Модельный Уголовный кодекс для государств – участников СНГ // Правоведение. 1996. №1. С. 12 – 29.

  19. Уголовный Кодекс республики Беларусь от 9 июля 1999. №275 – 3. Принят Палатой представителей 2 июня 1999 года. Одобрен Советом Республики 24 июня 1999.

  20. Уголовный кодекс Республики Молдова от 18 апреля 2002. №985-XV. Одобрен Советом Республики 1 октября 2002.

  21. Уголовный кодекс Республики Казахстан от 16 июля 1997. №167: в ред от 2 апреля 2010. // Под. ред. проф. И.И. Рогова. Спб.: Юридический центр Пресс, 2001. 356 с.

  22. Алексенцев А.И. О классификации конфиденциальной информации по видам тайны / А.И. Алексенцев // Безопасность информационных технологий. 1999. №3. С. 65–71.

  23. Бондарь И.В. Тайна по российскому законодательству: проблемы теории и практики. Автореф. дис. канд. юрид. наук. Нижний Новгород. 2004. С. 27 – 29.

  24. Бродская М. Конфиденциальные сведения: способы использования. Правовой смысл понятия «разглашение» / М. Бродская // Адвокат. 2000. №3. С. 9 – 11.

  25. Вишневская Е.В., Турилкин Т. Усыновление: понятие, причины, последствия / Е.В. Вишневская, Т. Турилкин // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. №11. С. 15 – 17.

  26. Глухарева В.Г. История развития института установления усыновления (удочерения) в России / В.Г. Глухарева // История государства и права. 2001. №1. С. 21 – 22.

  27. Денисов С.А. Развитие уголовно – правовой охраны личной жизни / А.С. Денисов // История государства и права. 2001. №1. С. 32 – 35.

  28. Емельянинков М.Ю. Частушки о сертификации и лицензировании в области защиты информации, не составляющей государственной тайны / М.Ю. Емельянинков // Защита информации. Конфидент. 2000. №1. С. 14 – 18.

  29. Ефремов А.А. Информация как объект гражданских прав // Студенты в правовой науке: Сб. науч. тр. Вып. Проблемы и перспективы современного российского права (Поиск новых идей). Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1998. С. 52 – 60.

  30. Завражнов В. Усыновление иностранцами детей – российских граждан / В. Завражнов // Российская юстиция. 2001. №7. С. 17 – 21.

  31. Защита прав ребенка в современной России: материалы научно – практической конференции 2005. / Отв. ред. А.М. Нечаева. М.: 2005. 192 с.

  32. Здравомыслов Б.В. Уголовное право РФ. Особенная часть. М.: Юристъ, 1996. 550 с.

  33. Институт тайны: правоохранительные аспекты. Смолькова И.В. Тайна и уголовно-процессуальный закон. М.: Луч. 1997. 100 с.

  34. Кибальник А.Г. Тайна в уголовном праве / Кибальник А.Г., Кузьмин С.В., Соломоненко И.Г. Ставрополь: Ставропольсервисшкола. 2000. 80 с.

  35. Козлов С.С. Научно – практический комментарий к ФЗ от 05.12.2007 г. Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних // СПС «Консультант Плюс».

  36. Комментарий к ФЗ от 15.11.1997 №143 – ФЗ «Об актах гражданского состояния». М.: Юрист, 2006.

  37. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ / Под ред. О.Н. Садикова М.: Инфра, 2008.

  38. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РФ/ Под ред. В.М. Жуйков, М.К. Треушников. М.: Юрайт – Издат, 2008.

  39. Комментарий к Уголовному кодексу РФ / Под ред. В.И. Радченко. М.: Проспект, 2010.

  40. Комментарий к Уголовно-процессуальному Кодексу РФ / Под ред. В.И. Радченко. М.: Юрайт- Издат. 2006.

Похожие работы: