Реферат : Соотношение рационального и чувственного в процессе познания 


Полнотекстовый поиск по базе:

Главная >> Реферат >> Философия


Соотношение рационального и чувственного в процессе познания




Контрольная работа

по Основам философии

выполнил: студент заочного

отделения 3 курса 2-ой группы

специальность: «правоведение»

Семенюк Евгений Александрович

План

  1. Соотношение рационального и чувственного в процессе познания.

  2. Русская философия конца 19-го начала 20-го века.

В процессе познания достаточно четко просматриваются две стороны - чувственное отражение и рациональное познание.

Познание есть разновидность духовного производства, результатом которого выступает знание в многообразных своих формах. В процессе познания задействованы практически все способности человека, среди которых такие важнейшие, как чувства и разум, находящиеся в тесном единстве друг с другом, так и с другими человеческими способностями.

По вопросу о роли, месте и соотношении чувственного и рационального в познавательном процессе в истории философии существовали две прямо противоположные точки зрения – сенсуализм и рационализм. Сенсуалисты считали, что решающая роль в процессе познания принадлежит органам чувств, а ощущения и другие формы живого созерцания признавались единственным источником и средством достижения истины. Сенсуалистами были представители как материализма (Гоббс, Локк, Фейербах и др.), так и идеализма (Беркли, Юм и др.).

Рационалисты опираясь прежде всего на успехи математики, стремились доказать, что всеобщие и необходимые истины не выводимы непосредственно из данных чувственного опыта и его обобщение, а могут быть подчеркнуты только из самого мышления. Такие взгляды развивали Декарт, Лейбниц, Гегель и др.

Хотя в рамках обеих названных концепций было высказано немало верных и глубоких идей, в целом они были ограничены, односторонни. Сенсуализм абсолютизировал чувственное познание, принимая (или вовсе отвергая) роль мышления. Рационализм же отрицал опытное происхождение всеобщности и необходимости как важнейших признаков достоверного знания и чрезмерно преувеличивал значение мышления – вплоть до отрыва его от реальности.

Развитие философии, науки и других форм духовной деятельности людей показывает, что в действительности любое знание есть единство двух противоположных моментов, сторон – чувственного и рационального. Оно невозможно ни без одного из них. Органы чувств доставляют разуму соответствующие данные, факты. Разум их обобщает и делает определенные выводы. Без органов чувств нет работы разуму, а чувственные данные в той или иной мере всегда осмысленны, теоретически нагружены, регулируются разумом.

Чувственное познание осуществляется посредством органов чувств – зрения, слуха, осязания и др., которые у человека есть «продукты всемирной истории», а не только биологической эволюции. Органы чувств – это единственные «ворота», через которые в наше сознание могут проникать сведения об окружающем нас мире. Будучи моментом чувственно-предметной деятельности (практики), живое созерцание осуществляется в трех основных взаимосвязанных формах. Это ощущения, восприятия и представления, каждая из которых есть субъективный образ объективного мира.

Ощущения представляют собой отражение в сознании человека отдельных сторон, свойств предметов, непосредственно воздействующих на органы чувств. Ощущения подразделяются на зрительные, слуховые, осязательные, вкусовые и др. ощущения, как правило, выступают в качестве компонента более сложного образа – восприятия.

Восприятие – это целостный образ предмета, непосредственно данный в живом созерцании в совокупности всех своих сторон, синтез данных отдельных ощущений.

Представление – это обобщенный чувственно-наглядный образ предмета, воздействовавшего на органы чувств в прошлом, но не воспринимаемого в данный момент. Сюда относятся образы памяти (Спасская башня Кремля), образы воображения (русалка, кентавр) и др. По сравнению с восприятием в представлении отсутствует непосредственная связь с реальным объектом. Это обычно расплывчатый, усредненный, нечеткий образ предмета, но уже в нем совершается элементарное обобщение с выделением некоторых общих признаков и отбрасыванием несущественных.

Для живого созерцания в целом характерно отражение внешнего мира в наглядной форме, наличие непосредственной (без промежуточных звеньев) связи человека с реальной действительностью, отражение преимущественно внешних сторон и связей, начало постижения внутренних зависимостей на основе первоначального обобщения чувственных данных. Еще раз повторим, что нет «чистой»чувственности, свободной от влияния мышления. Значение чувственного отражения в развитии познания исключительно велико, даже если учитывать тенденцию значительного возрастания роли мышления, абстрактно-идеализированных объектов в современной науке.

Рациональное познание наиболее полно и адекватно выражено в мышлении. Мышление – осуществляющийся в ходе практики активный процесс обобщенного и опосредованного отражения действительности, обеспечивающий раскрытие на основе чувственных данных ее закономерных связей и их выражение в системе абстракции (понятий, категорий и др.). человеческое мышление осуществляется в теснейшей связи с речью, а его результаты фиксируются в языке как определенной знаковой системе, которая может быть естественной или искусственной (язык математики, формальной логики, химические формулы и т.п.).

Мышление человека – не чисто природное его свойство, а выработанная в ходе истории функция социального субъекта, общества в процессе предметной деятельности и общения, идеальная их форма. Поэтому мышление, его формы, принципы, категории, законы и их последовательность внутренне связаны с историей социальной жизни, обусловлены развитием труда, практики. Именно уровень и структура последней обуславливают в конечном итоге способ мышления той или иной эпохи, своеобразие логических «фигур» и связей на каждом из ее этапов. Вместе с развитием практики, ее усложнением и внутренней дифференциацией изменяется и мышление, проходя определенные уровни (этапы, состояния и т.п.).

Исходя из древней философской традиции, восходящей к античности, следует выделить два основных уровня мышления – рассудок и разум. Рассудок – исходный уровень мышления, на котором оперирование абстракциями происходит в пределах неизменной схемы, заданного шаблона, жесткого стандарта. Главная функция рассудка – расчленение и исчисление. Мышление в целом невозможно без рассудка, он необходим всегда. Рассудок – это обыденное повседневное житейское мышление или то, что часто называют здравым смыслом. Логика рассудка – формальная логика, которая изучает структуру высказываний и доказательств, обращая основное внимание на форму «готового» знания, а не на его содержание.

Разум (диалектическое мышление – высший уровень рационального познания, для которого прежде всего характерны творческое оперирование абстракциями и сознательное исследование их собственной природы (саморефлексия). Только на этом своем уровне мышления может постигнуть сущность вещей, их законы и противоречия, адекватно выразить логику вещей в логике понятий. Главная задача разума – объединение многообразного вплоть до синтеза противоположностей и выявления коренных причин и движущих сил изучаемых явлений. Логика разума – диалектика, представленная как учение о формировании и развитии знаний в единстве их содержания и формы.

Процесс развития мышления включает в себя взаимосвязь и взаимопереход рассудка и разума. Наиболее характерной формой перехода первого во второй является выход за пределы сложившейся готовой системы знания. Переход разума в рассудок связан прежде всего с процедурой формализации и перехода в относительно устойчивое состояние тех систем знания, которые были получены на основе разума.

Формы мышления – способы отражения действительности посредством взаимосвязанных абстракций, среди которых исходными являются понятия, суждения и умозаключения.

Понятие - форма мышления, отражающая общие закономерные связи, существенные стороны, признаки явлений, которые закрепляются в их определениях. Понятия должны быть гибки и подвижны, взаимосвязаны, едины в противоположностях, чтобы верно отразить реальную диалектику объективного мира.

Суждение – форма мышления, отражающая вещи, явления, процессы действительности, их свойства, связи и отношения. В форме суждения отражаются любые свойства и признаки предмет. Понятие и суждение являются «кирпичиками» для построения умозаключений, которые представляют собой моменты движения от одних понятий к другим, выражают процесс получения новых результатов в познании. Умозаключение – форма мышления, посредством которой из ранее установленного знания выводится новое знание.

Следует иметь в виду, что рациональное (мышление) взаимосвязано не только с чувственным, но и с другими – внерациональными – формами познания. Большое значение в процессе познания имеют такие факторы, как воображение, фантазия, эмоции и др. Среди них особенно важную роль играет интуиция – способность прямого, непосредственного постижения истины без предварительных логических рассуждений и без доказательств.

Своеобразно толковали соотношение рациональной и иррациональной, интуитивной и дискурсивной сторон познания русские философы – интуитивисты. С. Л. Франк, указывал на неразрывную связь рационального с противоположным ему моментом – иррациональным, «верховенство подлинного знания) отдает последнему. Познание как единство чувственного и рационального тесно связаны с пониманием, которое является основным понятием герменевтики – одного из наиболее влиятельных направлений современной философии.

Сильная сторона сенсуализма о подчеркивании роли чувственного познания как важнейшего источника первичной информации. Слабая - в переоценке чувственного знания, в попытке свести весь процесс познания к различным комбинациям чувственных данных, принизить и свести на нет роль мышления. В итоге сенсуализм всегда пасовал перед вопросом о природе общих понятий, перед математическими истинами и т.д. Эти слабости сенсуализма активно использовал рационализм ( от лат. ratio - разум) (Р.Декарт, Б. Спиноза, Лейбниц), принижавший в свою очередь роль чувственного знания и отводивший решающее место разуму, оторванному от чувственного отражения. Если сенсуализм в своей односторонности останавливает познание на полпути, на чисто опытных данных, то рационализм отрывает разум от его питательной почвы, от эмпирических фактов и тем лишает познание той базы, на которой единственно может строиться успешная работа познающего мир разума. Таким образом, лишь в единстве чувственного отражения и рационального познания, эмпирического и теоретического познания реальный путь к постижению истины.

Русская философия — сравнительно позднее образова­ние нашей национальной культуры, хотя предпосылки ее далеко уходят в глубь национальной истории. Однако предпосылки еще не само явление, они лишь подготавливают рождение и разви­тие его. Само же явление начинается с обретения формы, адекватной своему содержанию.

Если руководствоваться таким критерием, философия в России начинается не в XI и даже не в XVIII в., а только в XIX столетии (в полную силу — во второй его половине). Но это было поистине великое начало, ибо связано его с именами Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого, Вл. Соловьева. В их лице и в их творчестве философское самосознание народа за­явило о себе «на весь мир» — уже не как подражание Западу (византийцам, французам, немцам), а как совершенно само­стоятельный голос, вносящий свою тему и свою собственную тональность в многоликий диагноз культур, в сложную ду­ховную полифонию человеческой цивилизации.

Как и для Запада, для России XIX век — это век клас­сики. Русская философская классика XIX в., как наша классическая литература, несли миру глубоко выстра­данную опытом поколений истину: нет и не может быть та­кой цели, ради которой была бы допустима жертва хотя бы в одну человеческую жизнь, в одну каплю крови, в одну детскую слезинку.

Русская философия — это философия предупреждения. Ее лейтмотив - нравственное вето на любой «прогресс», любой социальный проект, если они рассчитаны на принуж­дение, насилие над личностью.

За­пад России или Россия Западу? Какие ценности возоблада­ют в мире -материально-вещественные или незримые, ду­ховные? В 40-50 гг. прошлого века эти вопросы разме­жевали русскую общественную и философскую мысль на два направления: славянофильство и западничество.

Лидеры славянофильства — А.С. Хомяков (1804-1860), И.В. Киреевский (1806-1856) — выступили с обос­нованием самобытного пути исторического развитая России, не только отличного, но и в чем-то противоположного западноевропейскому. Плоды цивилизации в Европе, счита­ли они, в общечеловеческом измерении оборачиваются ско­рее потерями, чем приобретениями, ибо они оплачены очень тяжелой ценой — потерей целостности человеческой лично­сти, превращением человека из «образа и подобия божьего» в простую статистическую единицу буржуазного рынка. Что же можно противопоставить этому? Земельную общину и артель. А с ними — истины и заветы православия.

Такие идеи, возражали славянофилам западники (А.И. Герцен, Т. Н. Грановский, В.П. Боткин), не реалистичны, ибо Россия уже с петровских времен необратимо «привязана» к Западу. Но если даже эти идеи были и «безумны», то в России всегда ценилось «безумство храбрых». Спор славя­нофилов с западничеством XIX век разрешил в пользу по­следних. Причем проиграли не только славянофилы (в середине века), проиграли и народники (к концу столетия): Россия пошла тогда по западному, т.е. капиталистическому пути развития. Однако был ли этот приговор окончатель­ным? XX век этот приговор, можно сказать, пересмотрел. Российский «эксперимент», основанный на западноевро­пейской модели прогресса, потерпел тяжелое, жестокое по­ражение. И не потому, что это был эксперимент антизападный (1917 год противопоставил Россию буржуазному Запа­ду), а, напротив, потому, (как здесь не вспомнить славянофилов), что экспериментаторы не посчитались с их предостережениями, истребили, уничтожили святая святых народного уклада и народного духа России — общину, ар­тель, назвав это — по страшной иронии истории — «вели­ким переломом», по сравнению с которым «перелом», пере­житый страной в эпоху Петра, был не более чем легкой кор­рекцией ее естественного развития. Сегодня приходится лишь поражаться прозорливости тех русских мыслителей XIX в. (Достоевский, Вл. Соловьев), которые отказыва­лись видеть существенное различие между «социализмом», готовившимся русскими «бесами», и той самой буржуазно­стью, которой «социалисты» (а в действительности буржуа на изнанку) объявили перманентную гражданскую войну, стоившей народу десятки миллионов человеческих жизней. Такова была цена победы «научных» идей западничества над ненаучной, утопической идеей их оппонентов!

Но в середине прошлого века спор идеологий еще почти не касался политических проблем — он удерживался в рамках отвлеченной теории (философии религии, филосо­фии истории, гносеологии). У славянофилов несогласие с западниками не столько осмысливалось, сколько прочувствовалось, переживалось в религиозной форме.

Антиномию веры и знания, известную и для философии Запада, в российском (а не западноевропейском) варианте стремится разрешить философия всеединства, основателем и самым крупным представителем которой выступал В.С. Со­ловьев (1853—1900). Гносеологическим аспектом идеи все­единства (т.е. полного взаимопроникновения и взаиморазграничения элементов множества) стала соловьевская теория цельного знания, которую философ противопоставлял как рационализму западников, так и иррационализму славянофи­лов. Это была идея сверхрационализма. «Цельность знания» в философии Вл. Соловьева — это не «теоретический» и не «практический» разум немецкой классики. И даже не их единство. Это — другое. «Цельность» у русского философа — эта такая характеристика и свойство человеческой души, которые самым существенным образом отличают человека — высшее и совершеннейшее творение природы — от всех дру­гих, даже по-своему смышленных животных. Цельность — это не результат (точнее - не только результат) сложения, интеграции разобщенных, разошедшихся далеко друг от дру­га в широком поле культуры форм и образований духа (нау­ки, философии, искусства и т. п.), хотя и предполагает по­следнее. Цельность сознанию может придать лишь особое его состояние и вектор, не совпадающие ни с одной из знамени­тых кантовских «способностей души» (познания, желания, чувства удовольствия).

В середине XIX в., после Крымской войны и в канун реформы, Россия уже была «приговорена» историей к ка­питализму. В общественном сознании, даже на высших уровнях его, объективный ход событий воспринимался и оценивался неоднозначно, не всем хватало исторического реализма. Даже в 80-90 гг. сопротивление российской духовности «обуржуазиванию» общественной жизни было все еще очень сильным. Именно в это время Россия начина­ет знакомиться с марксизмом. Знаменательно, что русский марксизм — антипод и критик народничества — сам если не теоретически, то организационно вырос из народническо­го подполья, хотя привлек к себе поначалу и симпатии леволиберальной интеллигенции, увидевшей в философской и экономической теории Маркса высшее достижение социаль­ной мысли своего времени.

Крупнейший знаток и теоретик марксизма — Г.В. Пле­ханов (1856—1918) — посвятил большинство своих трудов историко-философскому, гносеологическому и социологиче­скому аспектам материалистического понимания истории, справедливо полагая, что именно в этом теоретическом по­строении сосредоточено центральное ядро марксистского учения в целом. Научный, материалистический взгляд на историю должен исключить, по Плеханову, волюнтаризм, субъективизм как в теории, так и на практике (в политике). Но именно такая позиция выдающегося мыслителя подвер­галась долгие годы остракизму со стороны официальной большевистской идеологии, а (ам он понижен был ею до ранга лишь «пропагандиста» марксистской теории.

Вслед за Плехановым с критикой идей народничества вы­ступили В. И. Ленин и «легальные марксисты» (Н.А. Бер­дяев, П.Б. Струве, С.Л. Франк). Настаивая на единстве «трех составных частей» марксизма (философии, политиче­ской экономии и социально-политической теории), Ленин считал, вместе с тем, что философские проблемы приобрета­ют особую актуальность не в годы подъема, а в период спада революционного движения, когда перепроверки требуют ко­ренные мировоззренческие принципы, па которые опирается революционная партия. Именно в эти годы, последовавшие после поражения первой русской революции, выходит книга Ленина «Материализм и эмпириокритицизм» (1909 г.). В от­личие от Плеханова, выступавшего в основном но социально-историческим проблемам марксистской теории, Ленин в своем главном философском сочинении в центр внимания поставил проблемы теории познания, связав их с новыми открытиями в области естествознания. Но даже в этой, казалось бы, весьма отдаленной от политики и социальных отношений сфере культуры Ленин требует видеть столкновение партийных, классовых интересов, оценивая любые проявления идеалистической и религиозной мысли как выражение идеологической, а в конечном счете — политической реакции.

"Легальные марксисты", выступая в конце 90-х гг. тоже с критикой народничества, разошлись с Плехановым (тем более с Лениным) уже в начале 900-х гг. (т.е. еще до революции 1905 г.) — своим неприятием насильственных средств борьбы, а в теории — неприятием подавления лич­ности обществом, несогласием с идеями «воинствующего» материализма и атеизма.

Подобные разногласия (и весьма острые) не отменяют, од­нако, одного важного вывода. Ни романтический (отрицаю­щий капитализм), ни реалистический взгляд на будущее (принимающий капитализм как данность) не был ни тогда, ни после в русской культуре апологетикой новоявленного мира делячества и грубоэгоистического расчета - признан­ных и почитаемых добродетелей западной цивилизации.

Антибуржуазный в целом дух русской классической фи­лософии (и «золотого» и «серебряного» веков) не означал и не означает, конечно, ее социалистического характера — в марксистском, тем более марксистско-большевистском смысле. «Русский социализм» Герцена и анархизм Бакуни­на не столько социалистичны, сколько антибуржуазны.

В целом русская философия 19 - начала 20 века явилась отражением идейных исканий исторического пути развития России.

Список используемой литературы:

1. Кохановский В.П. Философия. 1995г. Учебное пособие для студентов ВУЗОВ.

2. Основы философии в вопросах и ответах. Учебное пособие для высших учебных заведений. М. : - Издательство "Феникс", 1997г.

3. Философия: учебник для высших учебных заведений – Ростов на Дону «Феникс» 1995 г.

Похожие работы: