Реферат : Итальянский гуманизм 


Полнотекстовый поиск по базе:

Главная >> Реферат >> Философия


Итальянский гуманизм




Итальянский гуманизм

Знаменательным событием ХIV ст. в Италии было возникновение studia humanitatis, что в переводе означает "гуманитарные знания" (лат. humanus - человечный). Отсюда происходит понятие "гуманизм", которое охватывает собой взгляды и идеи, подчеркивающие уважение прав и достоинства человека, его стремление к самоутверждению, свободе и счастью. Гуманизм формировался на почве античной греческой и римской литературы. в работах гуманистов мы встречаем многочисленные обращения к философии Сократа, Платона, Аристотеля, Эпикура, Цицерона, Сенеки и других философов; к поэтам Вергилию, Овидию, Апулею, но и к религиозным идеям Августина Аврелия, Фомы Аквинского и др.

Существенной чертой studia humanitftis является возрождение античного диалога как излюбленного жанра гуманистов. Марсилио Фичино как бы открывает заново значимость такого диалога: "... некая естественная диалектика, то есть искусство рассуждать, ... прирождена людям изначально ... И любая человеческая речь, и всякое жизненное действие и побуждение есть ничто иное, как некое аргументирование ... Эта рациональная способность не менее естественная для человека, чем полет для птицы и лай для собаки". И далее идет рассуждение о том, что наш разум "... всегда спорит, даже когда мы молчим и когда мы спим; ведь вся человеческая жизнь - некое постоянное размышление".

Есть различие между диспутами схоластов и диалогами гуманистов. У первых это чисто школьная процедура, имеющая формальное значение; у вторых - это беседа в дружеском кругу, на лоне природы, и цель ее - в самом процессе общения, где происходит человеческое самоутверждение , а не доказательство уже известных истин.

Диалогичность становится принципом культуры ХV ст. Она включает столкновения разных умов, разных истин, несходных культурных позиций, но в целом все они составляют единый ум, единую истину и общую культуру. Насладиться спором, прожить в нем, найдя истину, - вот эстетический идеал гуманизма.

В гуманизме Италии выделяются два направления: одно из них тяготеет по смыслу к гражданской тематике (власть - правитель - гражданин - человек) и в силу этого условно может быть названо гражданским; другое берет за основу человека как ценность самому по себе и поэтому может быть отнесено к общечеловеческому гуманизму. Большинство гуманистов так или иначе были связаны с Флоренцией, с городом-коммуной, где правили жестокие правители. Их образ мысли и действия были предметом внимания всех горожан, это затрагивало их интересы. Поэтому работы и высказывания гуманистов получили широкий общественный резонанс. Гуманисты искали идеал справедливости и мудрого правителя (такая идея, как известно, была высказана еще Платоном), но одновременно и достойного гражданина-патриота. В их сочинениях звучит озабоченность состоянием нравственных устоев как власти, так и народа, но причины пороков они видят в самих людях, в их моральных принципах и человеческих качествах. Они были уверены, что человек может стать лучше, способен изменить себя и тем самым повлиять на общественную жизнь в целом.

Приведем несколько примеров. Колюччо Салютатти (1331-1406 гг.) в процессе спора высказывает мысль о том, что благородство души равно доступно для всех - и плебеев, и рабов, и государей; оно имеет природную основу и выражается в предрасположении к добру и добродетели. Чтобы его достигнуть, человеку самому придется принять на себя все тяготы, так что в зависимости от того, насколько ты сам способен сам возвыситься душой, настолько тебе и будет указан путь к благородству. В этих суждениях явно просматриваются демократические идеи и мысли об автономии личности, о ее способности преодолеть сложности судьбы. Если раб поднимется нравственно, становится выше, он перестает быть рабом; только благодаря душе человек может подняться над Фортуной.

Далее идут мысли о том, что привычки к добродетели, если они приобретены или укорены образом жизни, могут обуздать страсти к наживе, власти, насилию и т.д. Среди людей могут устанавливаться согласие и даже дружба; источником и стражем дружбы является благожелательность, благотворие - в этом видится основа общественной стабильности города.

Маттео Пальмиери (1406-1475 гг.) в своей речи, обращенной к должностным лицам правительства Флоренции, призывает их править по справедливости, ибо она - единственная добродетель, содержащая в себе все другие добродетели (эту мысль высказывали Платон и Аристотель). Справедливость же - основа согласия, согласие - основа порядка, порядок - основа спокойной и мирной жизни. В самой справедливости Пальмиери видит наклонность души к сохранению общей пользы, к возданию каждому по его заслугам.

Эту тему развивает и Донато Аччайуолли (1429-1478 гг.). Он обращается к гражданам и чиновникам с призывом добиваться справедливости, в которой он видит основу всякого благоденствия. "Она - знамя, указывающее, каким должен быть лучший и совершенный тип правления". Здесь просматривается идея о необходимости соединения политики и нравственности, та идея, которую высказывал еще Платон в работе "Государство".

Аламано Ринуччини (1426-1499 гг.) высказывает суждение о том, что богатство, знатное родство, популярность у народа мало значат, если уничтожена свобода. Что же такое свобода и каким образом мы в нашей жизни отошли от нее, - вопрошает Ринучини. И сам же отвечает, что "отличие свободы от счастья не столь уж велико". Свобода есть некая возможность; этому учили античные философы-стоики, они призывали усмирять волнения души и следовать туда, куда звал их разум. Отсюда рождалась их свобода, а вместе с ней и счастье. Начало такой свободы заложено в людях от природы, последующее развитие оно получает в процессе занятий искусством и правильного воспитания. Но при этом надо учитывать, что есть люди, более склонные к свободе или менее склонные к ней. И далее следует рассуждение о том, что люди бывают вынуждены подчиняться тем, кто посредственнее их по уму и способностям, но занимают высокие посты. Свобода предполагает наличие возможности жить, действовать и трудиться вольно. Но для этого человеку нужен свободны и возвышенный дух, сопряженный с мужеством. Основой свободы в обществе является равенство граждан. Оно достигается в первую очередь тем, что богатые не угнетают бедных, но и не испытывают насилия с их стороны; и каждый может надежно обезопасить свое добро от притязаний других лиц.

Что же касается причин утраты свободы в обществе, то Ринуччини называет в качестве таковых отказ от выборности высших должностных лиц и переход к их назначению; к тому же среди них, как он считает, нет достойных людей, а недостойные - разоряют государство. Но самая жесткая из всех несправедливостей, творимых ими, - это непосильные налоги, ибо средства от них идут на обогащение власть имущих. Народ утратил свободу из-за своей собственной покорности - таков вывод Ринуччини.

Как видно из его рассуждений, он исходит из необходимости мира, согласия и справедливости для всех, но истоки их, по его мнению, следует искать в самих людях, в их сознании, их природе.

Эту же идею разделяет и Марсилио Фичино (1433-1499 гг.). На вопрос "Что такое Фортуна и может ли человек противостоять ей?" он отвечает так: человек и человеческая природа как таковые не могут противостоять ударам Фортуны, но их может выдержать человек благоразумный. Под Фортуной в данном случае понимается судьба, несущая в себе неблагоприятные для человека обстоятельства. Но еще Платон учил - хорошо сражаться с Фортуной оружием благоразумия, терпения и великодушия; мы справимся с ней , если согласуем в себе силу, мудрость и желания. Интересны его рассуждения о счастье. Фичино утверждает, что есть три вида благ, т.е. блага Фортуны, тела и души. Первое - это богатство, почести, известность и власть (здесь понятие "Фортуна' употреблено в смысле везения, благоприятного случая). Но богатство не есть высшее благо, ибо ищут не его, а удобство тела и души. То же можно сказать и о почестях, известности и власти - они зависят от других лиц; стремление к ним сопряжено с беспокойством и тревогой. Блага тела - это сила, здоровье и красота. Сила и здоровье уязвимы, ибо всякая малость наносит им ущерб; нет блага и в красоте, так как она скорее существует для других, чем для себя.

Иное дело блага души. Они делятся на блага неразумной и разумной частей души. Первое относится к восприимчивости и наслаждению чувств, но и здесь нас часто постигает разочарование (после страстного желания нас часто постигают сомнения и раскаяние). Блага разумной части души связаны с острым умом, памятью, смелой и решительной волей, но не они составляют счастье, так как для того, кто их хорошо использует, они хороши, а кто делает это плохо - они плохи. Ошибаются те, кто считает, что счастье заключается в нравах (например стоики), ибо такие добродетели как умеренность и стойкость сопряжены с трудностями и тяготами. Но наша цель - не тяготы, утверждает Фичино, а покой и мир. Добрые же нравы не есть цель сама по себе, а средство для очищения и успокоения души.

И спокойствие не является пределом счастья, как думали эпикурейцы, поскольку спокойствие души дается созерцание истины. Последнее представляет собой блаженство, однако надо различать созерцание вещей земных, небесных и поднебесных, как это делали греки (Демокрит, Анаксигор, Платон, Аристотель). Наш разум будет всегда стремится к чему-то возвышенному, и только на Боге могут завершиться поиски разума и воли. Поскольку Бог есть действительная причина души, постольку только в Боге душа и находит отдохновение.

Из приведенного рассуждения Фичино следует вывод о том, что он превыше всего ценит духовность, при прочих достоинствах благ она оказывается наиболее достойной, венчающей собой поиски человеческого разума и его воли. Здесь, а нам представляется, выражена характерная для эпохи Возрождения мысль о сочетании античной культуры и наиболее ценных элементов культуры средневековья.

Не следует, однако, видеть за этим смирение перед верой; достаточно обратиться к "Речи о достоинстве человека" Пико Делла Мирандолы (1463-1499 гг.). В ней он страстно доказывает право каждого человека высказывать свое мнение по философским вопросам без учета возраста и официального положения. Сам Мирандола собирался поколебать несправедливую традицию, согласно которой выступить перед окружением папы Римского могут только степные и авторитетные лица. В своих девятистах тезисах Мирандола хотел опровергнуть многие авторитеты, но ему не позволили сделать этого. Обращаясь к античной и средневековой философии, Мирандола выступал за примирение Аристотеля с Платоном, что практически означало ослабление схоластики и религиозного вероучения.

Теперь обратимся к работам, специально посвященным государству. Одна из них принадлежит Джованни Понтано (1426-1503 гг.). В ней он дает наставления молодому герцогу Альфонсу Калабрийскому, но по сути дела высказывает свои мысли о государе. Они характерны тем, что в совокупности составляют идеал правителя, в котором преобладают высоконравственные начала, одаренность ума, достойные стремления и конечно же, в итоге, все это приводит к счастью его подданных.

Вот некоторые положения из наставления. Кто хочет властвовать, тот должен заботиться о двух вещах: первое - быть щедрым, второе - быть снисходительным. Этим он приумножит круг друзей и приуменьшит количество врагов. Государь всегда должен помнить, что он - человек, и тогда он не позволит гордыне увлечь себя, будет подчиняться одной лишь справедливости, и, видя, как прекрасно и счастливо складываются его дела, он именно тогда еще сильнее уверует во владычество господне над людскими делами, а господу все где отвратительна гордыня. Далее Понтано утверждает, что государь должен быть человеком доступным; ничто так не отвращает людей, как грубость и высокомерие. Именно когда тебе позволено делать все, особенно следует позаботиться о сдержанности. Нужно помнить, что когда-нибудь свобода может смениться рабством, богатство - бедностью, а знатность и величие - унижением и безвестностью. Человеку, стоящему у власти, прежде всего подобает сохранять в несчастии присутствие духа и не отступать перед натиском судьбы.

Юноше, вступающему на стезю власти, необходимо достичь мудрости, а для этого надо общаться с теми, кого считают мудрыми; надо, не взирая на загруженность важными делами, находить время для чтения книг древних авторов. Необразованность и невежество - самые презренные пороки, недостойные человека.

Надо стремиться быть щедрым и гуманным и избегать пороков, вызванных отсутствием того и другого. Защищай каждого от насилия, дабы все видели, что нет долее ревностного поборника законов и справедливости, чем ты, и что сам ты не требуешь от них ничего, кроме справедливости и чести. Основанием, на котором будет возвышаться величие государя, будет его жизнь, полное согласие с самим собой, верность и постоянство во всех словах и поступках.

В истории культуры эпохи Возрождения, однако, большую известность приобрел другой "Государь" - сочинение Никколо Макиавелли (1469-1527 гг.). Его автор занимал довольно высокий пост в правительстве Флоренции - он был секретарем и в силу этого, а также присущего ему таланта, он сделал очень важные наблюдения политической жизни. В судьбе Макиавелли были драматические моменты - он был обвинен в заговоре против Медичи и даже подвергнут пыткам. Затем последовало удаление от дел, и Макиавелли отдался литературному творчеству; тогда из-под его пера вышли произведения, актуальные до сих пор, и среди них, пожалуй, особо выделяется "Государь".

Если у Понтано мы видим идеал государя, то у Макиавелли - это антиидеал, развенчанный идеал, но такой, который выглядит очень реалистично и прагматично. Государь Макиавелли - это реальный политик, действующий по принципу "цель оправдывает средства". Ради блага государства все средства хороши; государь должен сочетать в себе свойства льва и лисицы, символизирующих собой насилие и хитрость, принуждение и коварство. Но интерес государства - не самоцель, он выражает интересы народа. Насилие, таким образом, творится государем от имени народа и во благо его. И хотя, как считает Макиавелли, оно призвано исправлять положение, а не разрушать, оно все же становится над народом как принцип отношения к нему, равно как и отношения к личности. У государя всегда развязаны руки, его действия всегда оправданы.

История дает нам немало примеров того, как наиболее жестокие и деспотические правители прибегали к советам Макиавелли как к классическим наставлениям во все времена, не исключая и наш ХХ век. В политической терминологии утвердился даже термин "макиавеллизм". Однако сам Макиавелли - сын эпохи Возрождения и гуманизма. Поэтому его идеи не могут быть истолкованы буквально, в них свой смысл. Об этом спорили и продолжают спорить исследователи его творчества, и один из них - Антонио Грамши - высказывал следующее мнение.

В истории развития той или иной сферы знаний и деятельности неизбежно наступает такой этап, когда они обретают самостоятельность и заявляют о себе в полный голос. Политическая наука и политика - не исключение; они должны рассматриваться в своем конкретном содержании. Макиавелли показал, что у политики есть свои собственные принципы и законы, отличные от принципов морали и религии. В новых исторических условиях - конец феодального средневековья, утверждение буржуазного и рационалистического способа жизни и мышления, - по-новому был поставлен и вопрос о роли морали и религии в обществе. Политика как бы заострила этот вопрос, отбросив и мораль, и религию, заявив свое право на то, чтобы стать самостоятельной, самодовлеющей наукой. Стержнем политики стала не мораль, а интересы конкретных людей; актуализировался вопрос о свободной воле человека, способности к его деятельности, направляемой трезвым умом. Отсюда и "спрос" на те личности, которые смогут действовать эффективно именно в этих, новых условиях. Государь Макиавелли - именно такая личность.

Однако эмансипированная от морали политика неизбежно становится негуманной, она оборачивается против личности, и это подчеркивали философы более поздних времен, например И. Кант. К такому же заключению приходят здравомыслящие политики нашего столетия. Сделать политику гуманной означает соединить ее с моралью. Но как это сделать, пока практических рецептов не существует, хотя у человечества нет иного выхода как заняться их поиском.

Многие гуманисты уже при жизни поняли, что их благородные идеи не осуществляются, и это порождает их разочарование и уход в более глубинную область - в осмысление жизни человека как самодостаточной ценности. Особенно выделяются среди них Джакомо Манетти (1396-1457 гг.) и Лоренцо Валла (1405-1457 гг.).

В своем трактате "О достоинстве и превосходстве человека" Манетти исходит из того, что человек ценен сам по себе, независимо от гражданского общества и государства. Эта мысль основывается на рассуждениях о совершенстве человеческой природы, так как Бог создал человека совершенным, считает Манетти. Это можно заключить, видя человеческое тело и целесообразность его творения. В нем каждый орган соответствует своему назначению самым наилучшим образом. Например, голова человека, ее особое место объясняются необходимостью высокого расположения органов чувств, чтобы они могли служить человеку для познания и понимания; форма головы - выпуклая спереди и сзади и сплющенная с боков и поэтому наиболее емкая и малоуязвимая, совершенная с точки зрения математических расчетов, - дает возможность вместить мозг и защитить его от внешних повреждений; крупные размеры головы и ее окружность позволяют заключить "красиво и удобно" большой по объему мозг и т.д. Расточая восторги в адрес человеческого тела, Манетти подчеркивает значимость и духовных сторон жизни человека. Он воспевает "естественные силы души" - способности разума человека, которые проявились в замечательных результатах его деятельности: чудесном корабле аргонавтов, Ноевом ковчеге, мореплавании в Мавританию, постройке Филиппо Брунелески - всемирно известном Флорентийском соборе, купол которого был возведен без всякого деревянного или железного каркаса; Манетти восхищают произведения греческих и римских поэтов, математиков и т.д.

Во всем, что делает человек, утверждает Манетти, он находит наслаждение, и в этом - смысл его отношения к природе. "Человек находит удовольствие в утолении жажды и голода, он радуется согреваясь, охлаждаясь, отдыхая. Ему доставляет наслаждение созерцание прекрасных тел, слушание музыки, рассказы о великих деяниях, вкушение яств на пирах, аромат цветов, прикосновение к новейшим вещам. Он испытывает восторг от процесса познания". Поскольку наслаждение, как видно, возможно и в земной жизни, а не только в загробной, земную жизнь можно прожить полновесно и интересно. Это не значит, что страдания души тоже необходимы, и смысл их в том, что они облегчают предвидение и осмысление человеческих несчастий.

Рассуждая таким образом, Манетти по-новому освещает столь важную для христианского богословия проблему теодицей (оправдания добра). Он подчеркнул мысль о том, что совершенное творение Бога, то есть человек, не может быть осужден навечно. Рай поэтому более совершенное, чем земная жизнь, бытие человека: здесь он прежде всего обретает здоровье и красоту тела, лишнего уродства и болезней. "Красота, бессмертие, неуязвимость, тонкость и легкость до такой степени, что тела могут проникать куда захотят, и не будут им противостоять ни двери, ни стены, ни укрепления, а при ходьбе в любую сторону не помешает никакая тяжесть", - в этих словах выражены, по-видимому, идеализированные представления Манетти о человеческом теле. Эти тела, наконец, обретают совершенный дух, ибо здесь, в раю, они созерцают Бога и всех святых лицом к лицу.

Лоренцо Валла, автор известного трактата "Об истинном и ложном благе" (в первой редакции "О наслаждении"), продолжает ту же тему. Он противопоставляет свои рассуждения религиозным идеям о воздержании. "Наслаждение создано провидением природы", "наслаждение есть благо, которое ищут повсюду и которое заключается в удовольствии души и тела". Валла выступает против учения стоиков, элементы которого есть в христианстве, о том, что душа своими внутренними побуждениями достигает добродетели и бесстрастия. Но для Валлы "мудрец, довлеющий себе" не есть идеал; "мы зовем людей к жизни, они (стоики) - к смерти". "Поистине - во имя богов и людей - зачем нужны воздержания, умеренность, сдержанность, если не постольку , поскольку они относятся к чему-нибудь полезному? В противном случае это вещь прискорбная, мерзкая и почти всегда болезненная, человеческим телам неприятная, ушам ненавистная, вещь, вообще достойная быть шумом и свистом изгнанной всеми государствами в безлюдные места, и притом на самый край пустыни".

Валла становится на сторону древнегреческого философа Эпикура, согласно учению которого наслаждение - единственное благо для человека. Наслаждение - это отсутствие страдания. Лучшее средство добиться его - самоустранение от тревог и опасностей, от общественных и государственных дел; то что Эпикур называл "прожить незаметно". "Само понятие высокой нравственности, - считает Валла, - является пустым, нелепым и весьма опасным, и нет ничего приятнее, ничего превосходнее наслаждения".

Говоря о благах тела человека, Валла называет самым главным из них здоровье, далее - красоту, затем силы и, наконец, все остальное. В его трактате подробно рассматриваются все виды наслаждений, и этим он обращает наше внимание на нашу телесную природу, которая, как правило, в силу тех или иных причин, оттесняется в нашем сознании на дальний план и напоминает о себе лишь тогда, когда тело обретает болезнь, или мы испытываем разочарование в прежних ценностях и стараемся найти себя. "Чрезвычайно энергичное выдвижение примата красоты, причем чувственной красоты", - это, несомненно, новизна, которую принесла эпоха Возрождения, - так подытожил один из исследователей ее эстетики А.Ф.Лосев. Но это и обращение человека к самому себе, к своим природным началам; это освобождение его духа, и вместе с тем его самообретение.

Обе книги (Манетти и Валлы) были занесены Ватиканом в индекс запрещенных книг - это само по себе красноречиво говорит об их значимости.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.istina.rin.ru/

Похожие работы: